Книга Особенности фиктивного брака с крылатым, страница 48 – Екатерина Вострова, Татьяна Новикова

– Какие еще условия? – разозлился Яр. – Ты мне, мать его, голову откусила! По старым законам я имею полное право открутить в ответ твою. Но я, так и быть, по старой дружбе не стану этого делать. Так что сними с меня эту красоту, и разойдемся!

– Старые законы больше не действуют, – гаденько улыбнулась девчонка. – Да и потом, не прибедняйся. Я бы не стала ничего делать, если бы знала, что это тебе хоть как-то навредит. А ты оказал сопротивление при задержании.

– Какое еще сопротивление?!

– В отчете я так написала. А я их ужас как не люблю переделывать.

Ярослав отчётливо скрипнул зубами.

– Ань, ты вот говоришь, что всё изменилось, а ведешь себя как раньше, манипулируешь ради собственной выгоды. Ты еще слезу пусти, чтоб все умилились бедному обиженному ребенку.

– Понадобится – пущу, – фыркнула Арбитр. – Ну так что, ты согласен обсудить условия?

– Не-а, не согласен. Давай применим артефакт правды и убедимся, что никакого сопротивления я не оказывал. Свидетелей давай опросим. Или стоять и не двигаться у нас теперь относится к сопротивлению? Закон настолько изменился за время моей смерти?

Девчушка насупилась.

– Ты вообще-то в меня магией ударил, когда я твоего дружка вырубила.

– Ну вот об этом я и скажу. И пусть Арбитры, или как вас там, разбираются, оказывал я сопротивление или это была самооборона. Ты меня за дурака не держи, я не соглашусь на твои манипуляции. Либо мы ведем конструктивный диалог, либо отпускай нас с Майей по домам. Ань. Давай начистоту. Чего ты от меня хочешь?

Я переводила взгляд с одного на другую, пытаясь понять, во что все это выльется. Предъявить мне или Яру Арбитрам было, кажется, нечего, но, тем не менее, они все равно не хотели отпускать мужчину.

Арбитр снова указала мне глазами на дверь. Вот только теперь, когда я знала, что где-то в здании меня уже караулит отец, выходить из кабинета не хотелось.

– Можешь говорить при ней. У меня от невесты нет секретов, – уловив мои опасения, Ярослав чуть крепче сжал мою руку.

– У тебя нет. Но информация, которую я собираюсь озвучить, не для посторонних ушей. – Анна Рихард прищурила голубые глаза и посмотрела на меня взглядом, которым можно было сканировать насквозь. – Готова будешь дать клятву о неразглашении?

– Да, конечно, – поспешно закивала я.

У меня даже сомнений не возникло.

Во-первых, какая мне разница, о чем они будут говорить? Ну условия освобождения Ярослава, и что с того? Да мне даже разнести это некуда и некому, не в институте же трепаться о древнем фениксе, который возродился и теперь стоит на контроле у Арбитров. Во-вторых, клятва сама по себе не причиняла принесшему её никакого вреда. Ничего разболтать не сможешь, даже случайно, даже намеком – а так живешь себе и живешь, дискомфорта не испытываешь.

Ну и чего мне опасаться?

Да берите на здоровье.

После того как клятва была произнесена, Анна немного расслабилась.

– Ладно, теперь обсудим детали. – Она глянула на Ярослава, словно сама колеблясь, правильно ли поступает. – С чего бы начать.

– Предлагаю – с простого.

– Логично. Тогда у меня есть вопрос: как ты воскрес? Ярослав, только давай без шуток. Как говорится, не под запись. Мне нужны подробности, чтобы понимать, как выстраивать наш дальнейший разговор.

Меня дернуло словно ударом тока. От того, что сейчас скажет Яр, зависит наше будущее. Стоит ему свернуть куда-то в сторону, придумать иную версию событий – и все наши попытки убедить Арбитров в любви до гроба окажутся бессмысленными.