Книга Мой Мармеладный Принц, страница 100 – Кася Дрим

— И она не смогла себе отказать в этом маленьком желании, — подхватила я, и впрямь запуская руку в Данькины волосы.

Сам виноват! Нечего было приплетать, что у принца они, как и у него, были чёрные.

— Как и принц, чьим давним желанием было попробовать сладкие губы принцессы на вкус, — усмехнулся он и всё-таки поцеловал меня.

Откуда принц знал, что они — сладкие, если только мечтал их попробовать, и как это могло быть его давним желанием, если он только увидел принцессу? Эти два вопроса — последние, что успели мелькнуть по краешку сознания, а потом мне стало не до рассуждений.

Данькины нежные губы, требовательный язык и горячие сильные руки, заскользившие по моему телу, разбудили в последнем такое простое и понятное, и в то же время такое острое желание, что для всего остального попросту не осталось места. Волнами накатывающее жаркое томление, особенно ярко ощущавшееся внизу живота, прошлось, казалось, от макушки до кончиков пальцев на ногах, заставляя выгибаться тело, подаваясь навстречу ласковым настойчивым рукам и сметая на пути последние сомнения.

Лишь когда Данька с явным сожалением прервал поцелуй и отстранился от меня, тяжело дыша, я осознала, что владею собой… я бы сказала однозначно хуже, чем он, но это было бы неправдой. Вернее было бы сказать — вообще не владею. Он вот хотя бы остановился, а я, кажется, готова была идти до конца, наплевав и на не самое подходящее для первого раза место, и на свои же собственные заверения в том, что мне нужно больше времени.

— Мы немного отвлеклись, — тяжело сглотнув, зачем-то озвучил очевидное Данька, почесал переносицу и, уткнувшись взглядом в песок под ногами, закончил: — А ты ведь, наверное, хочешь узнать, что там было дальше…

Где? Ах, да. Судьба дракона — это прям то, что сейчас меня волнует больше всегона свете! И, кстати, если у принца с принцессой там не только поцелуй случился, а Данька снова решит «иллюстрировать» свой рассказ на практике, то, боюсь, до дракона мы так и не доберёмся. Усмехнувшись, я поправила платье, сделала парочку размеренных вдохов, чтобы выровнять сбившееся дыхание, но от сарказма всё же не удержалась:

— Сгораю от нетерпения.

— На чём я остановился? — пробормотал он, но взглянуть на меня так и не решился.

Хотелось невинно похлопать глазками и сказать «На поцелуе». Страстном, пьянящем и требующем немедленного продолжения. И именно поэтому я промолчала. Что-то мне подсказывало, что во второй раз Данька уже не остановится. А сейчас, когда способность думать снова ко мне вернулась, идея заняться с ним сексом в столь мало подходящих к этому условиях уже не казалась мне приемлемой.

— На том, что в принцессу были влюблены многие, но она отдала предпочтение черноволосому принцу, — вздохнув, подсказала я и снова не удержалась: — Или нет? Ты ничего не сказал: принцессе-то поцелуй понравился?

Данька поднял-таки на меня глаза, и, прочитав в них то же желание, которое с большим трудом только что подавила в себе самой, я на миг даже запаниковала. Вот кой чёрт меня за язык дёрнул? А если он в ответ решит снова проверить это на практике? Не знаю, может что-то такое отразилось в моём взгляде, потому что с места он так и не двинулся. Лишь покачал головой и тихо произнёс:

— В самой легенде об этом не говорилось, но думаю, что да, иначе вряд ли бы она в него влюбилась.