Книга Мой Мармеладный Принц, страница 115 – Кася Дрим

— Ни разу не видела в этих краях ребёнка с татуировками, — пожала плечами я. И, между прочим, не соврала.

— Да при чём здесь ребёнок?! — раздражение на лице Её Величества сменилась недоумением.

— Ну Вы же сами сказали про мальчика, — похлопала ресницами я.

— Ему двадцать три, — буркнула она.

— А с чего Вы взяли, что я должна знать, где.., - я чуть было не ляпнула «ваш сын», но вовремя сориентировалась: — он?

— С того, что мне доподлинно известно, что он здесь был.

Ой ли? Чтобы говорить с такой убеждённостью, она должна была разоблачить дубликата — это если верить в легенду Даньки. Ну, либо же просто следовать сценарию последнего.

— Тем не менее кроме меня и собаки тут никого нет, — пожала плечами я. Что тоже, кстати, было правдой.

— Но вы знаете, где он? — не отставала она, а потом, словно, спохватившись, добавила: — Меня зовут Наэля, и Даниэль — мой сын.

Приятно познакомиться, мама. А я — Эльза. И ваш сын зовёт меня Конфетка. А ещё я — ваша будущая невестка. А что же вы, мама, умолчали о своей принадлежности к королевской семье?

Я вздохнула и вслух, конечно, сказала иное:

— Моё имя — Эльза, и я понятия не имею, где Даниэль. Желаете убедиться, что я его не прячу: осмотреть дом?

Строго говоря это даже не ложь. Во-первых, я-таки сомневаюсь, что Даниэль — его настоящее имя. Во-вторых, он вроде как бы в городе, но откуда мне знать наверняка? Да и город большой — мало ли в какой егочасти можно находиться. Так что да — не знаю.

А вот про дом — это я, пожалуй, зря ляпнула. Ладно, самого Даньки там сейчас нет, но, допустим, его бритва наведёт «Её Величество» на мысль, что мужчина здесь всё-таки живёт. И тогда она может попросить другие его вещи показать. А среди них есть и несомненно знакомые ей «Адидасики». Но может она ещё и откажется?

Я посмотрела на неё с надеждой, но она предпочла не заметить этого.

— У вас красивый дом. Я бы не отказалась взглянуть на его внутреннее убранство.

Чё, блин? Не она ли пять минут назад рассматривала его с брезгливым выражением лица? Убранство её интересует — как же!

— Прошу, — сделала я приглашающий жест рукой.

Что я вообще творю? Не знай я никакого Даниэля на самом деле, я бы и тётку незнакомую в дом не повела. Ну, потому что мне было бы просто пофиг и на неё саму, и на её неизвестного мне сына и на то, верит ли мне тётка.

А вот если всё-таки веду, то это подозрительнее выглядит, чем если бы отказалась. Да я к тому же ещё и сама вызвалась. Ладно, в крайнем случае спишем на то, что в посёлке люди более открытые.

В посёлке… А ведь даже если мне сейчас удастся убедить её в том, что Даньки у меня нет, то навряд ли она отступится от затеи отыскать его. Обратится к кому-то из соседей и поймёт, что я её обманула. В идеале «госпожу Мартиньяни» бы надо спровадить отсюда насовсем, но как это сделать? Говорить про город — не вариант. Даже если она уедет сейчас, то позже, не найдя его, всё равно вернётся. Да и как она уедет? Пойдёт искать добрых людей, которые её подбросят. А те расскажут ей правду.

Значит либо отправлять её в какой-то третий мир, либо обратно — домой. И в том, и в другом случае придётся признаваться, что Данька тут все же был. Впрочем, про третий мир тоже, наверное, дохлый номер. Насколько помню легенду Даньки, дубликаторы перемещают только в наш. К тому же если бы принц «убыл» отсюда не домой, а куда-то ещё, то, вероятно, должен был бы здесь оставить очередного дубликата…