Онлайн книга «Погадай на дракона, ведьма!»
|
– А ты уверена, что правильно сваришь? Все же Дара почти дипломированный зельевар. А ты так, ботаник… Я закатила глаза к потолку и раздраженно ответила: – Я не просто ботаник! Я почти дипломированный фитолог! И у нас тоже было много часов зельеварения! Каким бы я была специалистом, если бы не знала, как собранные и выращенные мною ингредиенты ведут себя в процессе работы? – И все же я переживаю. Правда, мне казалось, что переживает Леон не особо. Слишком занят для этого. Потому что уже не только любовно гладит листья, но и тянется пастью к цветкам. Умом я понимала, что это желание поцеловать такие бархатистые, нежные лепесточки. Но выглядит-то однозначно: сожрать решил… – Не стоит переживать, – утешила я кустик, наблюдая за примеривающимися к мальвии снежно-белыми зубищами. – Там рецепт в целом простой. Основная закавыка в том, чтобы достать нужные составляющие. К счастью, Дарина весьма запаслива и я практически все у нее нашла. Кроме нории хорион… – А ее сложно добывать? – Ее сложно уговаривать, – уныло ответила я, тут же вспомнив все, что читала и слышала об этом растении. – В смысле? Ответить более предметно я не успела: в дверь постучали и сразу, без спроса, вошли. Бесцеремонным визитером оказался, разумеется, Аликс Роукс. – Ты готова, любовь моя? – с порога спросил дракон. Ну очень глумливым голосом! Мои опасения озвучил наглый Ленчик: – Что-то для безмерно влюбленного ты очень уж юморишь много. Влюбленные так себя не ведут. – Влюбленность не подразумевает нарушений мыслительного процесса, – поправив на плечах лямки рюкзака, ответил дракон. Да и характер от любви, насколько мне известно, не особо меняется. А язык у профессора острый и длинный. Впрямуюгадости, как Сий Зейн, он, конечно, никогда не говорит, тут не придерешься. Но язвит – вот ничуть не меньше, пусть и по-другому! Там, где Сий скажет попросту «корова бесхвостая», профессор Роукс завернет целую фразу без единого разговорного словечка. Что-нибудь вроде… – Тина, поднимайся на свои очаровательные ножки, нам пора, – прервал мои размышления дракон. – Нория хорион активна всего несколько часов, стоит поторопиться. А то потом закопается в землю – и не выманишь. – Я готова! Могу выдвигаться, – тотчас заверила я, подрываясь с кровати. Но тут со стола спрыгнул Леон, и мою ногу обвила одна из его зеленых веточек. – Погоди-ка, Тинка… – Мандрагор прошагал корешками до профессора, задрал бутон-мордочку, глядя тому в лицо, и прошипел: – А влюблен ли ты вообще, друг наш чешуйчатый? – Вам, любезный куст, я не друг. – Дракон оскалился в ответ куда круче, чем мой питомец. А это уметь надо, отвечаю! В человеческом-то облике превзойти в хищности цветок, у которого клыки в два ряда… – Но я действительно безумно влюбленный в Тиану дракон, который жаждет связать с ней свою жизнь. И поверьте, уважаемая саррацения с изрядно искаженными в худшую сторону размерами… – Я мандрагора, а не саррацения! – возмутился мой питомец. – Leonaretirus tezerius! – Судя по поведению, самая что ни на есть sarracenia vulgarius. Или даже обычная лесная росянка, – отрезал профессор. И пока кустик, онемевший от такого оскорбления, беззвучно разевал пасть, Роукс договорил: – Так вот, буду честен с вами: я сам не в восторге от того, что Тиана человек вообще и узкомыслящая низкоинтеллектуальная студентка в частности! |