Книга Погадай на дракона, ведьма!, страница 25 – Александра Черчень

Удивительно, но дракон меня не перебивал. Только задавал иногда вопросы, а возле ярко-оранжевой водоросли, росшей странными переплетениями, словно паутина, мы даже поспорили. О происхождении такого цвета и свойствах растения, которые он может выражать. И в итоге профессор со мной согласился! Я даже поймала его уважительный взгляд. Хотя, может, и показалось…

Мы шли все дальше и дальше, забираясьв топи западного лепестка королевства драконов. В какой-то момент профессор оттеснил меня себе за спину и принялся создавать тропу сам. Я не возражала – устала уже… По моим расчетам мы уже давно должны были встретить искомое, но нория не торопилась показываться.

Ни в мужском, ни в женском виде!

Пока наконец…

– Вот!

Я во все глаза уставилась на яркие листья. О да, нория была более чем узнаваема!

– Женская особь, кажется, – склонив голову на бок, проговорил профессор.

– Ага – смотри, какая изящная.

Больше всего растение походило на березку – только очень маленькую и с чрезмерно длинными сережками. Словно услышав нас, она грациозно изогнула стволик, красуясь в лучах заходящего солнца. Хотя почему «словно»?

Эти поганки очень даже разумные. Вернее, полуразумные.

И очень, очень, просто очень тщеславные.

Наш преподаватель физиологии аурных растений рассказывал, что уговаривать норию хорион отдать цветок ему пришлось чуть ли не на коленях. А вот корень он так и не добыл, потому что мужской вариант нории поддается только на женские уговоры.

Так что профессор Роукс был мне нужен не только в качестве транспортного средства. Никто другой бы не подошел – но аура привороженного, отпечатанная на ингредиенте, для отворотного зелья самое то!

– Сможешь ее уговорить отдать цветок?

Дракон пожал плечами.

– Попробую.

Он взял у меня мазь, втер в ладони и присел перед нашей находкой на корточки.

– Боги, какое чудо… – проговорил вполголоса. – Я такой красоты даже в эльфийских оранжереях не встречал. Тиана, ты только посмотри! Безупречные формы. – И добавил дрогнувшим голосом: – Ах… я просто глаз оторвать не могу. О-о-о, если б хоть одна женщина мира имела такую фигуру… Я бы сложил к ее ногам весь мир!

И все это до того искренне, что я уставилась на профессора во все глаза, едва не позабыв, с кем и зачем он разговаривает. А профессор тем же восхищенным тоном, совершенно не меняя интонации, продолжал:

– Не ревнуй, Тиана. Нория понимает не столько речь, сколько… а-ах!.. голосовые модуляции. О-о-о, она буквально ловит каждый оттенок. И отлично различает… а-ах!.. мужской и женский тембры, так что тебе, моя драгоценная, моя непревзойденная, лучше помолчать, поняла?

И все это – чуть ли не мурлыча.

Я разве что рот не разинула от такойинформации. И от драконьего лицемерия заодно! Надо же, а ведь нам рассказывали, да и везде написано только то, что норию нужно уговаривать! Естественно, мы все были уверены, что она понимает именно речь. А оказывается, говорить можно что угодно!

Хотя я ни разу не слышала, чтобы мужчина говорил вот так… Буквально лаская голосом… Мне самой внезапно захотелось «показать несравненный цветок, спрятанный в изысканной вазе». И я тут же покраснела. Понятно, что речь шла о «сережках», скрывающих в себе полупрозрачные красные лепестки. Но именно эту фразу, про спрятанный цветок, профессор проговорил, косясь на меня и двусмысленно ухмыляясь.