Книга Драконьи правила для начинающих, страница 22 – Ника Ёрш

Прикрыв глаза, я вспомнил, как Миранда распахнула дверь в мою комнату, и усмехнулся. Надо было видеть лицо девушки. Я даже злиться не мог – настолько проникся ее шоком. И сам замер, растерявшись. На Миранде было голубое платье, подчеркивающее приятные округлости где нужно. И стройность длинных ног. И синеву глаз, восторженно рассматривающих меня в полотенце. Конечно, я это заметил.

Тогда же вспомнил про цель, ради которой пятый год покидал столицу империи и укрывался здесь, в уединении.

Так велел шаман.

И думать о нем плохо запрещалось, хотя очень хотелось.

Я присел в кровати и попытался вспомнить точную формулировку, услышанную от храмовника во время Голд-Ру́джис. В тот годсразу три влиятельных дракона обрели свои истинные пары, так что даже не самые верующие рванули в храмы. Полисмагов для охраны на местах катастрофически не хватало. Мне самому тоже пришлось дежурить в центре. Пару я не искал. Даже не думал об этом.

Поэтому, когда на плечо легла смуглая ладонь шамана, очень удивился. В память крепко вбилось его обветренное смуглое лицо и светло-голубые мутные глаза, глядящие куда-то сквозь меня.

– Ты потерян, – сказал шаман.

– Вы меня с кем-то перепутали, – нахмурился я, попытавшись отойти.

– Потерян! – припечатал шаман, сжав на мне пальцы. – Но пришло время поиска. Иначе счастье ускользнет, и останется только путь в бездну. На века.

– Так себе перспектива, – заметил Ник Ривз. Мой старый друг стоял совсем рядом и откровенно наслаждался услышанным.

Мне не хотелось предсказаний. И тем более разговоров о будущей женитьбе и поиске истинной пары. Свобода радовала меня как никого другого, и Ник это знал.

Но прерывать шамана, отказываясь слышать предсказание, возбранялось. И ослушаться считалось кощунством. Оставалось переждать, надеясь, что меня с кем-то спутали.

Тем временем шаман перешел к делу, принимаясь угрожать:

– Проигнорируешь мои слова – и будешь казнить себя следующие десятилетия, сын Аодхэна!

Я поморщился, услышав свое имя.

– Итак, запомни: найдешь самое глухое тихое место и станешь проводить там каждые семь дней, последние в уходящем году, – безжалостно продолжал шаман. – Без пропусков и перерывов. Если выполнишь все как следует, прилагая силы в полной мере, то после пятого года сможешь делать, что пожелает душа. Главное – пройти испытание. В ином случае страданий не избежать. Поздравляю тебя с новым знанием, сын Аодхэна.

– У моей благодарности нет границ, – ответил я тогда, чувствуя только злость.

– Ты научишься благодарить, – улыбнулся жрец, глядя куда-то очень далеко, сквозь меня. – Или потеряешь гораздо больше, чем можешь представить. – А потом добавил, глянув за мое плечо: – И твой сбежавший друг тоже научится.

Я обернулся туда, где до этого стоял Ник, но он действительно скрылся. Трус!

Вынырнув из воспоминаний, я прислушался – в коридоре снова звучали тихие шаги Миранды. Своим появлением она уничтожила мои пятилетние старания. Каждый год я приезжал в этот дом и отсиживалсяпо семь дней, приучая себя к тишине и покою. Здесь не было связи, развлечений и собеседников. Жимсы знали о моем предсказании и игнорировали приглашения прийти. Меня к себе тоже не пускали под благовидными предлогами.

Первый год был самым спокойным – меня даже развлекала новая обстановка. Второй – так-сяк, более-менее. На третий стало сложнее, и все вокруг утомляло. На четвертый я едва не выл волком и даже дошел до ручки – взялся читать любовные романы, стоящие на полке над камином. В пятый хотел не приезжать. Всерьез решил игнорировать предсказание шамана, но тут написал Фавий. У него родился ребенок, и друг просил присмотреть за его стариками как следует. В этот год обещали особенно сильные вьюги.