Книга Огненный маг для дриады, страница 37 – Алиса Буланова

— Когда перестанешь непроизвольно выбрасывать свою Ки, — чуть раздражённо ответил Сойер, прижигая струйкой белого огня нацелившуюся на него плеть вьюна.

Кэтти поморщилась и тихонько зашипела, будто обожгло её саму. Сойер погасил пламя на кончиках пальцев и коснулся её лба ещё дымящимся средним и указательным. Та быстро заморгала, приходя в себя, затем перевела взгляд с окруживших их стеблей на разочарованное лицо Сойера. Он тяжело вздохнул и покачал головой.

Она хотела спросить его, когда группа займётся наконец расследованием убийства дедушки, но побоялась, что Билли вновь ответит что-нибудь колкое. Иногда его строгость нагоняла на неё уныние. Вроде бы в жизни Кэтти появились новые люди, с которымиона теперь связана общей тайной, однако она продолжала чувствовать себя очень одиноко, и только окружающие её растения могли утешить и взбодрить. Она радовалась каждому появившемуся в саду новому ростку, каждому налившемуся бутону. Кэтти научилась понимать их. И пусть они были немного примитивными, чтобы разговаривать с ней, но она могла слышать их волю. Цветы не осуждали, не упрекали. Они просто ласково тянулись к ней. Они нуждались в ней, как дитя нуждается в матери. Кэтти с радостью дарила им свою любовь. И в такие моменты она чувствовала разливающееся по телу тепло, сладкую негу и умиротворение. Порой ей вообще не хотелось вновь начинать контактировать с людьми. Но она не могла остаться в саду навечно — у неё была человеческая жизнь, полная вопросов и проблем, которые требовали решения.

Из-за неопытности Кэтти не доверяли принимать участие в серьёзных делах. Девушка подозревала, что на самом деле недоверие это исходит от одного конкретного человека, а остальные лишь подхватывают по инерции, поскольку привыкли доверять Лиаму в вопросах, связанных с тайнами и легендами. А тот в свою очередь только подливал масла в огонь, пытаясь подловить её на неумении держать эмоции под контролем. Лиам говорил неприятные вещи и вообще вёл себя временами очень неуважительно. И это было странно, потому что одновременно с этим он пытался научить её чему-то — приносил ей старые редкие книги и разъяснял тонкости и правила магического мира.

Самой серьёзной услугой Лиама стал Кодекс Ассоциации — огромный свод законов, по которому подобные Кэтти жили веками. На его изучение у неё ушло две недели. Для себя она уяснила три основных момента. Во-первых, нельзя использовать магию, способную нанести ментальный или физический вред человеку. Во-вторых, колдовство ни в коем случае не должно привести к изменению природных процессов и окружающей среды в целом. И, наконец, личности с экстраординарными способностями не могут использовать их для обогащения. Ни путем создания ценностей для продажи, ни путем демонстрации своих способностей, ни путем оказания услуг лицам без экстраординарных способностей. Наказание за нарушение закона варьировалось от простого тюремного заключения до временного, а порой даже пожизненного запечатывания способностей. Чем это грозило на деле Кэтти плохо понимала,но по реакции других стражей уяснила, что в этом нет ничего хорошего. Кроме прочего, в кодексе были приведены несколько примеров осужденных за нарушение с описанием последствий их наказания.

Гарсия ощутила смутное беспокойство. Может, Лиам прав в своих предостережениях? Она вполне могла невольно нарушить первые два правила. Задания Сойера раз за разом становились всё сложнее, и сил на самоконтроль оставалось всё меньше. Теперь ей приходилось создавать ловушки для поимки преступников и укрытия для засады. Постепенно она начала ловить себя на мысли, что не справляется. Из-за отсутствия свободного времени на реальную учёбу, успеваемость Кэтти в колледже неизбежно ухудшилась. Серьёзные разговоры с куратором уже не пугали её, но он мог связаться с её родителями, что действительно стало бы проблемой. Ей нужно было что-то предпринять, но она всё больше и больше зарывалась в долгах по учёбе. Чтобы хоть как-то справляться с программой, Кэтти урезала время на сон до пяти часов в сутки.