Книга Страж Особого Назначения, страница 133 – Катерина Дэй

Иви чувствовала себя, как в аду.

Она пошевелилась и попыталась найти удобную позу на полу пещеры. Ее руки были закреплены над головой, прикованными к свисавшим с потолка цепям. Очень хотелось пить, есть и тело невыносимо ныло. Ее покрытая синяками левая щека болела, и она не сомневалась, что остальное лицо пострадало не меньше. Ящеры сорвали с нее обувь и брюки, оставив только рубашку, перепачканную потом, кровью и грязью.

Иветта снова поерзала, и цепи врезались в раненые запястья. Боль раскаленным прутом пронзила ее тело. Она прикусила нижнюю губу, пока не почувствовала во рту вкус крови. Ни за что на свете она не позволит чешуйчатым уродам услышать ее крик.

Она сидела в таком положении в этой пещере на цепи настолько долго, что казалось, целую вечность. Здесь не было окон, и она не могла сказать какое сейчас время суток. Несколько раз ей казалось, что она слышит позади себя слабые звуки, как будто кто-то осторожно двигается. Логика и здравый смысл подсказывали ей, что слышанные ею шорохи происходили, по-видимому, от каких-нибудь естественных и совершенно невинных причин. Может быть, само строение пещеры таково, что легкое дуновение ветра производило слышанные ею звуки. Но это скоро прекратилось, и она была предоставлена спокойным размышлениям о своем положении.

Иви понятия не имела, что гидрам от нее нужно и могла лишь смутно догадываться о причинах, почему ее не убили сразу, а от представленных картин, едва ли не сходила с ума. Только не опыты над ней, только не это. Она до ужаса боялась боли. Но ящеры все не приходили, и она была в ужасе от ожидания.

Вокруг нее царила тишина — тишина смерти.

Она сцепила руки над головой, хотя почти ничего не чувствовала опухшими пальцами. И все же, в этой бездне ада ей помогало не сойти с ума надежда, что ее спасут.

Где-то загрохотала выдвижная дверь. Раздались шаги и гортанные голоса ящеров.

«Проклятые, мерзкие гидры», — Иви подняла голову.

Перед ней остановился ящер. И у нее похолодела кровь.

Он был худым и высоким, бледным, сморщенным с чешуйчатой кожей с красными тонкими прожилками, губы черные, но его лицо казалось более человечным, а глаза красные с темными провалами. Вот только в них не кипела злоба и ненависть, виденные Иви у прочих ящеров.

В глазах этой гидрыблистал холодный расчет, но в остальном в них была лишь убийственная пустота.

«Что они сделают со мной?»— подумала она.

— Бесссполеззззна, — шипяще сказал он, оглядывая Иви. Голос его звучал высоко и так жутко, что по спине пробежали мурашки. — От нее никакого толку.

— Однозззначно, — раздался еще один шипящий голос. Это несомненно была самка. Строение ее тела женственное, у нее была грудь, такие же жуткие красные глаза и светло-серый оттенок кожи, а волосы, заплетенные в жгуты черного цвета, спускались до самой талии. Она, как и самец была худой и высокой. И все же они не были похожи ни на людей, на ящеров, а скорее мутанты.

Иви их отлично понимала и опустила глаза, чтобы они не могли прочесть ее эмоции, иначе поймут, что она понимает, о чем они говорят. Да и смотреть на них было неприятно.

— Она не ссспособна размножатьссся с нашими самцами. Она нам не подходит. Сссслабая. Маленького россста. Не вынесссет потомссство, — шипела самка, растягивая буквы. — Но мы могли бы отдать ее сссамцам, чтобы те могли немного поразззвлечься. Ее внешность не вызывает отвращения. Она может подойти последним рожденным. Им нужны самки.