Книга Луна для Дракона 3, страница 83 – Катерина Дэй

— Ты откуда такой прилетел? — осторожно спросил Сэтан.

Орел заложил широкий круг, а затем, мощно взмахнув крыльями, ринулся прочь. Словно давая понять, что этот день в своих благозвучных красках обманчив, расслабляет чувства, обманывает надеждами, завораживает. Сэтан вздохнул, снова оглядывая долину, вся поверхность земли до самого горизонта обрела зловещий облик темной каменистой равнины под черными низкими тучами. Вдали он увидел собравшихся и спокойно направился прямо к ним, а рядом шел молчаливый страж Нирэн, который за весь путь не промолвил ни слова, но и не препятствовал Сэтану ни в чем, даже тогда, когда тот отказался лететь в лапах дракона и сам пришел под охранной воина, в оговоренное место.

Гар уже достаточно окреп и в нетерпении озирался по сторонам, и было видно, как он сильно занервничал, когда увидел ненавистного ему Морстена.

— Да я смотрю он тебя боится, — усмехнулся Крэй, когда к ним подошел Сэтан.

— Было дело… мы сталкивались на спаррингах и не раз, — Сэтан не хотел драться, совсем, и его глаза подернулись пеленой тщательно скрываемой печали.

Гар напрягся. Впервые за все то время, он по-настоящему напрягся. Только сейчас ощутил с приходом Морстена, что здесь по-настоящему стало жутко. Настолько жутко, что, казалось, изменился даже воздух. Стал более плотным, тяжелым. Только сейчас у него появилось стойкое ощущение, что здесь завоняло самой настоящей смертью.

— Думаешь, ты лучше меня? — губы Гара скривились,улыбка сменилась гримасой ненависти, когда он вперил свой взгляд в Сэтана.

— Ты сам это постоянно доказываешь. Моих усилий тут не требуется. Ты слаб и знаешь это. К тому же начисто лишен таланта, — Сэтан внимательно посмотрел в его лицо. Больше всего ему хотелось длинно и витиевато выругаться на родном языке, богатом сравнительными оборотами, но сдержался и молча смотрел на убийцу той, за которую готов отдать жизнь. — Я не хочу с тобой драться, не вижу смысла… но ответы ты мне все-таки дашь.

— Ответы? — гадко усмехнулся Гар. Ненавистью, горячей и жгучей, как огненная лава, кипела его кровь. Ненависть кровью стучала в висках, плясала зелеными ядовитыми пятнами перед глазами, обжигала дыхание. Ненависть была схожа с жаждой, только жажда иссушала тело, а ненависть душу. И утолить эту страшную жажду могла только месть. Месть за все унижения, которыми он подвергся от Морстена. Глаза Гара горели, выдавая его волнение.

Сэтан покачал головой и молниеносно схватил его за горло уволакивая подальше от командиров.

— Ты сам это сказал… — задумчиво вымолвил он и продолжил уже иным тоном, словно, не замечая ничего и никого вокруг: — На моем земле, на севере, на многие вещи смотрят иначе, чем… везде. Холодная жестокая земля, долгие темные ночи, смерть так близка, что ее дыхание почти ощущаешь рядом с собственным дыханием. Жизнь там мало ценится, лето и радость коротки, ветер пронизывает до костей. Там родина многих культов, связанных со смертью, умиранием, небытием. На моей земле еще живут люди давно позабытых кланов. Неужели ты никогда не слышал страшных сказок о злых духах, о демонах и о Восставших из Тьмы? — Ледяные пальцы стиснули горло Гара, страх запустил острые когти ему прямо в грудь, разрывая теплое тело, вынимая сердце, вонзая в него острые ледяные зубы. Гар чувствовал, что слабеет. Такого с ним никогда не случалось.