Книга Выбор сердца, страница 223 – Катерина Дэй

— Простите, что задаю такой вопрос, — замялась она, — но могу ли я подать записку за мага, который умер, покончив собой?

— Маги, — вздохнула женщина как-то устало, — и что им не живется с дарованной силой? Они не ведают, что творят. Богиня их щедро одарила, а они так пользуются ее дарами, эх… Главное, — подчеркнула она, — что самоубийство следует рассматривать как действие отчаявшегося человека, и оценивать состраданием.

Ари кажется понимала, что имела в виду женщина.

— Наша Богиня прощает всем, и самоубийцам в том числе, но тем, кто делал это в момент отчаяния.

— Вы знаете, — прилипла Арина к женщине, — вот не совсем вас теперь поняла.

Женщина улыбнулась и ее небесно-голубые глаза залучились, — Зачастую самоубийцы страдают от головных заболеваний, расстройств, состояний. В связи с этим люди в «подвешенном состоянии» не могут отвечать за свои поступки. Следовательно, Богиня позволяет проводить службы по самоубийцам, потому что установить отсутствие мотивов, повлиявших на решение самоубийцы, до конца невозможно. Этого никто не знает, а наша вера дает нам право верить в лучшее, надеяться на прощение…

— Понятно, — прошептала Ари и подумала о том, что Мадлен и правда была одержима и имела психические расстройства, иначе, как могло прийти в голову покончить с собой, да еще и проклясть. Тем более она видела ее раскаивающуюся. Ари написала на листке имя «Мадлен» и протянула женщине.

— Бросьте вот в тот сосуд, — сказала женщина и присмотрелась к Ари. — Она вам родственница?

— Нет, но сыграла определенную роль в моей жизни.

— Надеюсь хорошую, иначе бы вы не пришли за нее просить.

Ари только вздохнула.

— Свечу вот сюда ставьте.

— Спасибо, — прошептала Ари и когда поставила свечку, то прошла к статуе и посмотрела на нее. В голове была пустота, в прочем, как и всегда. Вот идешь к храму или в церковь и все свои горести, проблемы, просьбы, мысли по пути изливаешь и слова правильные идут от сердца, и текут рекой… а как в храм вошел мысли все вылетели, и не знаешь, как быть, и стоишь, и смотришь порой под осуждающие взгляды святых, и чувствуешь себя грешником, и думаешь, что дорога только в ад… но Ари считала, когда ломалась ее машина, что грешники после смерти попадают в общественный транспорт. В 8 утра. Навечно.

Ари встряхнула головой, ну что за мысли… Ари посмотрела на статую, а потом взглянула на фреску на стене и ее туда словно поманило, изображенная женщина была как живая.

— Сейчас служба начнется, — шепнула женщина. — Останься деточка, а потом помолишься.

Арина кивнула и встала рядом с какой-то женщиной, заметив, что в храме уже собрался народ. Она отыскала глазами Мирьям, но та молилась и не обращала ни на кого внимания. Может Ари какая-то неправильная? Хотя в храме Бога Мирозданья с ней жрец беседовал или не жрец?

Началась служба, вышел священнослужитель в коричневой простой одежде, словно монах и начал проповедь. Ари посмотрела на женщину, которая стояла рядом с ней. И думала, что ее глаза навсегда скошенными останутся…. Женщина так службу стояла — тааак… чуть приоткрытый рот, ощущение восторга и счастья в глазах, тихое пение всей службы — от и до… и льющиеся тихие слезы радости по ее лицу. А Ари стояла, смотрела и думала — «А когда я так смогу?». Ей казалось — оттого, что она смотрит — придет и к ней этот непостижимый секрет, вот такой радости от службы.