Книга Выбор сердца, страница 67 – Катерина Дэй

Софи нахмурилась:

— Ваши романтические излияния приводят меня в восторг. Это каре. Так модно. Мне не идут длинные волосы. Эта прическа подчеркивает мою индивидуальность и стиль.

Он приподнял ее руку и прижался губами к запястью. Губами он почувствовал скачок ее пульса, — Я твой раб, — прорычал он, вздыхая ее аромат. — Я хочу тебя с первого момента, как только увидел. С тех пор ты меня мучаешь.

— О, да, — выдохнула женщина.

Он наклонился ближе.

— Не надо пользоваться мужскими уловками, — надтреснутым голосом сказала она и коснулась его руки. — Что я сделала такого непростительного?

— Заставила меня хотеть тебя, — сказал он. — Сделала удрученным, одиноким. Заставила жаждать того, что я поклялся не желать и не искать.

Она должна была услышать ярость и тоску в его словах, но она не отшатнулась, не попыталась сбежать. И когда он обвил ее руками, только задержала дыхание, потом выдохнула, и он уловил этот выдох, когда их губы соединились.

Арг был большой, темный и прекрасный. Сейчас она узнала, что никогда в жизни ничего не хотела с такой неистовой силой, как слушатьего низкий голос, от которого мурашки бегут по спине, ощущать на себе его сильные руки и развратные губы.

Она не смогла удержаться и ответила на его свирепый и нежный поцелуй, руки сами собой начали блуждать по его груди обтянутой кожаной одеждой, пока не нашли место, где билось его сердце, билось так же тяжело и часто, как ее собственное.

Он содрогнулся, зажал ее между ногами и опалил поцелуями лицо и шею. Она ощущала горячий орган, вдавившийся ей в живот, он вызывал пульсирующий жар в интимном месте между ногами. Рациональный голос убеждал ее не торопиться, побуждал отодвинуться, уйти, пока она еще может, но она уже не могла. Софи была воском в его руках, таяла под его поцелуями и жадными руками. Она считала, что понимает, что такое желание: сильный магнитный ток между мужчиной и женщиной, их притяжение друг к другу. Она считала, что понимает, что такое соблазн: сродни голоду, жажде. Она пылала по ночам, видя его во сне, была нервной и беспокойной днем, думая о нем. Она называла это животным влечением, первобытным, безумным.

Выяснилось, что она ничего не понимала.

Желание было горячим черным водоворотом, оно разрывало ее на части и в то же время неумолимо, с рискованной быстротой затаскивало ее вниз, туда, где нет интеллекта, воли, стыда…

Его голос был хриплый, прикосновение — сама нежность. — Поцелуй меня, Софи. Еще раз. Как ты хочешь.

Она подняла руки, вплела пальцы в его густые кудри и притянула к себе его рот.

— Я чувствую себя словно животное, готовое взять тебя прямо здесь и сейчас, — прорычал он у самого ее уха. — Как бесчувственное животное.

Она погладила его по щеке.

— Ах, но все-таки какое красивое животное! И богатое. И сильное. И зрелое.

— А, теперь поняла, как тебе повезло? — Арг усмехнулся, и в его глазах, черных, как грех, она увидела смеющегося дьявола. Но это был ее дьявол. И она до безумия влюбилась, как девчонка. Да-да, именно в этот момент Софи и поняла, что влюблена.

— Недалеко есть одно место, где мы могли бы насладиться друг другом в полном уединении, — подбирая слова бормотал Арг продолжая целовать одурманенную женщину. Его черные глаза засияли, — Я преподам тебе урок, который ты никогда не забудешь.