Книга Кровавый восход, страница 126 – Анастасия Морготта

Локус лишь немного улыбнулся и кивнул, пододвигая бумагу еще ближе. Я уже смелее взяла его и развернула. Строка «Завещание» и мои глаза нырнули ниже. Прощальные строки отца с нами, словно он знал, что скоро умрет и в самом низу написано кому что отдает. Только там красовалось всего несколько строчек: «Я, Никола Дарм, в полном здравии ума завещаю все свое состояние своей дочери — Эрмилине. В случае ранней ее кончины, наследство переходит напрямую в городскую казну».

Не поверив, перечитала все еще раз, но зрение, как оказалось, меня не обманывало. Протерев глаза и уставилась на небольшую, можно сказать единственную отличающуюся строчку в свитке. Отец завещал мне все. Абсолютно все. А Эрдану ничего. Нет, такого быть не может! Это ошибка.

— Как это… что… почему? — не нашла слов я, чтобы задать вопрос Локусу.

— Такова последняя воля вашего отца.

— Стойте, стойте, тогда я не понимаю, зачем он меня выдавал замуж?

Господин Шевар поднялся с места и снова удалился в местный архив и вышел оттуда уже с небольшой стопкой писем.

— На самом деле, мы с Эрданом вели переписку. Он нанимал адвокатов, чтобы те смогли рассудить завещание, но я ему каждый раз повторял, что последнюю волю умершего не оспорить так просто.

— То есть, это правда, что отец завещал все свое состояние только мне одной?

— Да — без лишних действий ответил Шевар.

— И как это связано со моим замужеством?

— Леди Соган, пожалуйста, прочтите это — он протянул мне письмо с печатью нашей семьи, но та была новой, сделанной Эрданом.

Развернула лист бумаги и мне хватило этого.

«Многоуважаемый Локус Шевар. Я много думал и решил, что стоит согласиться на предложение высшего рода на брак моей сестры и их отпрыска. Как мне сообщили умные люди, после того, как сестрица выйдет замуж, в суде можно будет оспорить завещание отца. Тем не менее, это будет ваша последняя работа, а после я требую разрыва договора с нашей семьей.

1476 год. Эрдан Дарм»

Едва не разорвав письмо на части, я крепко сжала зубы. Гнев окатил меня ушатом воды, заставил почувствовать по-настоящему отвратительные эмоции к брату — ненависть. Зубы заскрипели, челюсть начало сводить от боли, но я продолжала давить на себя же., чтобы эмоции не вырвалисьнаружу. На минуту показалось, что я уже дымлюсь от гнева, но вдохнув полной грудью, осела на пол, хватаясь за голову. Никакой слабости. Да, что там, я мечтала убить брата.

Локус встал рядом и смотрел на меня со стороны.

— Я предполагал, что будет такая реакция с вашей стороны, однако настолько жаркое представление мне никогда не устраивали.

Вопросительно посмотрела на господина Шевара. Он держал письмо брата со слегка опаленными краями.

— Эрдан хотел меня выдать замуж против моей воли, не отец? — холодно спросила у Локуса. Внутри меня что-то медленно тлело, умирало, а я не желала этому мешать.

— Леди Соган, я с вашей семьей работал более двух веков и поэтому скажу больше — ваш отец отказал семье Соган в браке до своей кончины.

Новая порция ярости захватила разум. Желание разбить и сжечь наш дом вместе с братом разжигалось с каждым упоминанием счастливой жизни. Но в миг прошла мысль, что эти эмоции навязаны Карой.

Перед глазами вспышками прошлись воспоминания из ужасов, где я видела их — мертвых детей, которые не успевали родиться, чтобы встретиться со смертью. И Кара, стоящая на костях, протягивающая мне свою руку. «Спроси» пронеслось в голове, и я вышла из транса, задыхаясь от чувств.