Книга Кухарка для дракона, страница 64 – Ада Нэрис

Танец длился, казалось, вечность. Светлячки выписывали круги, взлетали спиралями, опускались вниз и снова взмывали. Иногда они гасли все разом, и тогда темнота становилась густой, как смоль, а потом вспыхивали снова — и это было ещё красивее.

Элла перевела дыхание и повернулась к Арриону.

Он стоял рядом, чуть позади, и смотрел не на светлячков — на неё. В его золотых глазах отражались огни, и от этого они казались не драконьими, а человеческими, тёплыми, живыми. Он не улыбался, но в уголках гут застыло что-то такое, от чего у Эллы защемило в груди.

Он сделал это для неё.

Не для замка, не для порядка, не для работы. Для неё. Потому что заметил сегодня вечером, как она смотрела в сторону деревни, как замерла с тряпкой в руках, слушая далёкую музыку. Потому что понял — ей нужен праздник. Свой, здесь, в этом заброшенном саду, среди трав и звёзд.

— Спасибо, — сказала она тихо, и голос её дрогнул. — Это... это самое красивое, что я видела в жизни.

Он кивнул. Просто кивнул, не сказав ни слова.

Светлячки продолжали танцевать. Некоторые уже устали и гасли, опускаясь обратно в траву, но другие всё ещё кружились, рассыпая вокруг золотистые искры. Элла смотрела на них, чувствуя, как внутри тает тот холодок, который она носила в себе весь вечер. Как уходит тоска, сменяясь чем-то другим — тёплым, спокойным, очень важным.

Она не знала, как назвать то, что сейчас между ними. Не любовь — слишком громко. Не дружба — слишком мало. Что-то среднее, что бывает только тогда, когда два человека понимают друг друга без слов. Когда один замечает тоску другого и устраивает для него праздник из света и ночи.

— Откуда ты знал? — спросила она, не оборачиваясь. — Что мне этого хочется?

Он помолчал, потом ответил:

— Ты смотрела вниз. Слушала. И лицо у тебя было такое... будто ты не здесь. Будто тытам, с ними. А раз не можешь быть там — пусть будет здесь.

Просто. Без пафоса, без красивых фраз. Просто объяснил, как есть.

Элла улыбнулась, и на глазах у неё выступили слёзы — не горькие, а светлые, благодарные. Она быстро смахнула их, надеясь, что он не заметит в темноте. Но он, конечно, заметил. Потому что он всегда всё замечал.

— Здесь лучше, — сказала она твёрдо. — Там шумно, пьяно, все друг друга перекрикивают. А здесь... тихо. И красиво.

— Тихо, — согласился он.

Светлячки догорали. Последние несколько кружились над самой травой, как маленькие звёздочки, упавшие с неба. Элла смотрела на них, и думала о том, что никогда в жизни не чувствовала себя такой... увиденной. Не просто нужной — полезной для работы. А именно увиденной. Со всей своей тоской, со всей глупостью, со всем тем, что обычно прячут от других.

— Нам пора, — сказал Аррион. — Становится холодно.

Она кивнула, но с места не сдвинулась. Хотелось продлить этот миг, остаться здесь, в этом тёплом свете, рядом с ним, навсегда.

— Завтра тоже можешь прийти, — сказал он, будто прочитав её мысли. — Если захочешь. Они всегда здесь. Просто не танцуют без команды.

— А ты можешь командовать светлячками?

— Могу. Они древние. Помнят драконов.

Элла улыбнулась.

Они пошли обратно через заросший сад, и трава шелестела под ногами, и пахло мятой, и ночь была тёплой и доброй. В какой-то момент Элла споткнулась о корень, и Аррион подхватил её под локоть, поддержал, а потом не убрал руку сразу — просто шёл рядом и держал, пока тропа не стала ровнее.