Книга Эгоистичная принцесса, страница 40 – Ада Нэрис

Он начал анализировать. Не как испуганный придворный, ищущий личную угрозу, а как стратег, разглядывающий карту незнакомой местности. Что объединяло всех этих людей? На первый взгляд — ничего. Разный статус, разные обязанности, разные грехи. Но при более детальном рассмотрении проступала тонкая нить. Все они были в той или иной степени… ненадёжны. Не обязательно врагами короны, но слабыми звеньями. Людьми, которыми можно было манипулировать, которых можно было купить или которые таили в себе скрытые пороки, способные в кризисную минуту привести к предательству. И все они были удалены. Не уничтожены. Не опозорены. А именно удалены. Аккуратно, почти хирургически, с минимальным шумом и максимальной эффективностью.

Это не было похоже на каприз. Каприз — иррационален, случаен, эмоционален. Это была целенаправленная, стратегическая операция. Кто-то методично и хладнокровно чистил аппарат власти Эврин, укрепляя его, удаляя балласт и потенциальные точки отказа. И этот «кто-то», как следовало из самой логики событий и уровня доступа к информации, мог быть только одним человеком.

«Изменившаяся»Скарлетт. Та самая принцесса, что говорила с ним о шипах, что тренировалась с яростью загнанного зверя, а теперь вела тонкую, почти невидимую войну в тени. Его первоначальная оценка её как любопытного феномена, непредсказуемой переменной, требовала коррекции. Она была не феноменом. Она была игроком. Игроком нового типа, которого он раньше не встречал. Она не играла в открытую, как его политические соперники в Хатори. Она не использовала грубую силу, как её прежнее «я». Она играла в игру теней, в игру информации, в игру тихого, неотвратимого давления. И это было… впечатляюще. И крайне опасно.

Его интерес, холодный и чисто интеллектуальный, теперь смешивался с настороженностью, острой и отточенной, как лезвие его шпаги. Кто она на самом деле? Что стоит за этой трансформацией? Глубоко запрятанный, гениальный расчёт, который она скрывала все эти годы под маской жестокой дурочки? Или нечто иное, более внезапное и загадочное? И, что самое главное, как её новые действия соотносились с его собственными планами относительно Эврин и её самой?

Пассивное наблюдение перестало быть достаточным. Рэйдо понял, что чтобы понять правила этой новой игры, а тем более — чтобы её выиграть или нейтрализовать нового игрока, ему нужно было действовать. Но не открыто. Открытое противостояние или расследование спугнуло бы дичь и заставило её глубже залечь. Ему нужно было зеркало. Собственную, параллельную операцию.

И он начал своё расследование. Не через грубый допрос слуг или подкуп придворных — это было бы слишком очевидно и попахивало бы дилетантством. Он использовал свои собственные, уникальные методы. Его магия льда, помимо разрушительной силы, имела и тонкие аспекты. Он мог на несколько мгновений «заморозить» звук в определённом месте, создав зону идеальной акустической проводимости, чтобы услышать шёпот за толстой дверью. Он мог оставлять почти невидимые кристаллики инея на важных документах — своеобразные «пломбы», которые таяли, если к бумагам прикасался кто-то посторонний. Его агенты, специально обученные не заметать следы, а их читать, начали скрупулёзно изучать жизнь исчезнувших лиц за несколько недель до их исчезновения: с кем они общались, что покупали, о чём говорили в тавернах.