Книга На грани, страница 105 – Светлана Воропаева

— Не понял вас.

— Вы любите свою жену как женщину? Хотите её? Хотите встретить с ней старость рука об руку?

Пётр молчал.

— Не хотите — не отвечайте мне на этот вопрос. Себе ответьте. И когда честно ответите, то поймёте, что для вас сделал Тимофей, а ещё поймёте, почему ваша мать не уходила от отца.

— Если мы расстанемся, всё может быть иначе?

— Может, — подтвердила Пятницкая. — Мне подсказывают, что вы можете создать новую семью, у вас будут дети: мальчик и девочка, а прошлых ошибок не будет.

— А что будет с Лизой?

— У неё тоже всё сложится хорошо. Она уедет в Швейцарию, уже там снова выйдет замуж и родит сына.

— И нет никаких вариантов нам остаться вместе?

— Есть. Возможно, лет через пять вы сможете снова восстановить свои чувства, если будете много работать над собой. Хотя это будете уже не вы.

— Я не могу сейчас в это поверить.

— Я вас об этом и не прошу. Я прошу вас слушать себя и быть честным перед собой. Своё дело я уже сделала.

— Не сделала, — в коем-то веке подсказал ангел в синем. — Он не слышит подсказок от своего ангела.

— Хотя есть у менядля вас ещё одно предложение, — быстро сориентировалась Виктория. — У каждого из нас есть ангел-хранитель, который помогает нам верным словом на пути. И у вас он тоже есть, только вы его не слышите. Можно я вам верну эту способность — слышать вашего ангела?

— Звучит странно. И как я его буду слышать?

— Как внутренний голос. Кто не знает или не верит в ангелов, могут спутать их голоса с внутренним голосом.

— Ладно, доверюсь вам, — согласился Пётр.

И Пятницкая исполнила свою работу.

— Теперь точно всё, — выдохнула она.

— Я вроде ничего не чувствую и в то же время чувствую облегчение.

— Это хорошо. Если что, позвоните мне или лучше напишите. А сейчас мне пора. Время позднее.

— Может, вас подвезти? У меня недалеко машина.

— Нет, спасибо! Я рядом живу. Пройдусь и подышу свежим воздухом.

— Когда я приходил, был дождь.

— Ничего! Мне будет полезно освежиться.

— Как знаете. Спасибо вам!

— Удачи!

***

Пятницкая вернулась домой уже в одиннадцать. Виктор сидел на подоконнике и смотрел на улицу, как обычно это делала она.

— Я тут подумал, — сказал он, оборачиваясь, когда Вика зашла в комнату, — ведь это я сделал из тебя эдакую боевую подругу. Женщину, умеющую решать проблемы и руководить людьми, а не варить борщи.

— Ты как-то слишком много думаешь в последнее время, — отшутилась Пятницкая.

— У меня много времени, да, — согласился Виктор. — И всё же…

— Ага, ты сегодня второй человек, который вдруг сваливает на себя вину за мою неудавшуюся жизнь, а я так не считаю.

— Я не про неудавшуюся жизнь, а про твой лайфстайл.

— Знаешь, если я ещё готова поспорить с мамой о моём, условно говоря, несчастном детстве, то тебе я просто скажу: ты не прав. Мы познакомились, когда мне было двадцать четыре года. Так что ответственность за то, как я живу и кого слушаю, на мне. Лучше порадуйся за меня: я сегодня попала в серьёзную переделку — вышла на правление, не имея одной из виз согласующих подразделений, — и почти уладила этот вопрос, не позвонив тебе ни разу и не прося помощи у Николая. Кажется, девочка выросла.

— Да, раз так, моя малышка выросла, — улыбнулся Виктор. — В вашем напрочь зарегламентированном банке — это серьёзная провинность. Но для меня ты всё равно останешься той, о ком я буду заботиться.