Книга На грани, страница 19 – Светлана Воропаева

— Не стали мучиться со свечками, тут ветрено, — улыбнулся Виктор и направился откупоривать бутылку.

— Ты, как обычно, меня поразил! — восхитилась Вика, обнимая мужа. — Я столько раз проезжала мимо этого дома, но и подумать не могла, что здесь так красиво! Как ты нашёл это место?

— Тамара, моя помощница, снимает здесь квартиру. Потом скажешь ей спасибо за эту импровизацию.

— Скажу. Непременно скажу, — согласилась она, принимая бокал из рук мужа. — И как в тебе это сочетается? С одной стороны, всегда холодный и рассудительный. С другой стороны, такой романтичный.

— Оно не сочетается. Это просто есть во мне. Что, думала, я забыл про сюрприз? — ехидно спросил Виктор.

— Думала, — честно призналась Виктория. — День получился сегодня странный. Устала так, что много чего лишнего думала.

— Мне видится, что тебе пора выбирать, чем ты хочешь заниматься: работать в банке или исцелять людей. Какое-то время это ещё можно будет совмещать, но недолго. Ты устанешь. Ты уже сильно устаёшь. Однажды надорвёшься — и может случиться что-то совсем нехорошее.

— Я не знаю, какой выбор сделать. Я с рождения исцеляю, это мой дар, я его не выбирала. А в банке мне нравится, в том числе и потому, что я там получаю хорошие деньги.

— Нам хватит и моих денег. Это не проблема. Да и за исцеление можно брать деньги. Вполне нормальная практика.

— Не зна-а-а-ю, — протянула Вика. — Ты правда сейчас хочешь об этом поговорить?

— Об этом — нет. Я хочу, чтобы ты начала задумываться над этим. Поговорить я хочу о другом.

Вика немного съёжилась.

— Мы никогда не разговаривали о детях. Ты хочешь детей? Сколько и кого — мальчика, девочку?

— Теоретическихочу.

— Милая, я совсем не теоретически тебя спрашиваю. Я хочу, чтобы любимая женщина родила мне ребёнка, хотя бы одного, а потом посмотрим.

— Честно?

— Только честно!

— Пока не хочу детей. Я очень тебя люблю. И счастлива, что ты мой муж, нам повезло быть вместе. А к детям я пока не готова. Это совсем поменяет нашу жизнь. И мою жизнь. У меня только пошла карьера.

— Никуда не денется твоя карьера. Захочешь — выйдешь на работу через два-три месяца после родов. Возьмём няню.

— И всё же… Я пока не хочу. Я боюсь. Боюсь ответственности. Боюсь, что ребёнок унаследует мой дар. Не знаю. Я могу пока не решать? Или это повлияет на наши отношения?

— Не повлияет. Я хочу, чтобы ты знала. Я готов к этому. И я хочу детей от тебя.

— Я услышала тебя, — сказала Вика, а потом засмеялась: — По-дурацки прозвучало, да?!

— Да, — тоже засмеялся Виктор. И это помогло разрядить обстановку.

Потом они больше молчали, смотрели на город, узнавая знакомые здания, и пили вино.

Телефон Пятницкой мурлыкнул. Она оторвалась от монитора, чтобы прочитать сообщение.

«Виктория Дмитриевна, вы вообще помните, что у вас есть муж?» — Виктор, когда злился, всегда переходил на «вы».

Вика посмотрела на часы. Без пятнадцати одиннадцать. Она и не заметила. Накопилось много писем, которые нужно было акцептовать и отправить на подпись Краснову или на доработку. Нужно было прочитать всю почту, а то сотрудники не могли получить рекомендации по их делам и что-то становилось на стоп. Впрочем, Поспелов был прав: Виктории давно было пора ехать домой.

«Ты прав, извини! Выключаю компьютер и еду».

«Вызвал тебе такси. Скоро будет, спускайся. А то у тебя ещё ума хватит поехать на метро».