Книга На грани, страница 82 – Светлана Воропаева

— Вы хотели ехать к маме в гости?

— Что значит — хотела или нет? Это же моя мама. Мы регулярно встречаемся по четвергам.

— Я поняла. У вас есть традиция встречаться с мамой по четвергам. Но именно в этот четверг вы хотели ехать к маме в гости?

Пономарёва взяла паузу, потупила взор и лишь потом ответила:

— Нет. Я очень устала. Отчётный период. Много работы. Не хотела, — подтвердила она. Это признание далось ей явно нелегко.

— Почему поехали?

— Маме было бы одиноко. Всё-таки традиция.

— Что вы почувствовали, кроме боли? Какие чувства появились у вас тогда?

— Вроде никаких, — смутилась Пономарёва.

— Помоги ей расслабиться. На бессознательном уровне она очень напрягается, чтобы не сказать чего-то плохого о своей матери или о своих негативных чувствах по этому поводу, — подсказал всё тот же ангел.

— Как ей помочь расслабиться? — не поняла Вика, мысленно уточняя у помощника в сером.

— Попроси её сделать пять глубоких и спокойных вздохов и выдохов. Опусти на неё энергию безусловной любви без каких-либо команд об исцелении или каких-то ещё.

Вика удивилась, что не додумалась до таких элементарных вещей сама. И объяснила Анне, как ей нужно подышать, а пока та делала дыхательную практику, опустила на неё божественную энергию.

— Помните, как вы в прошлый раз фантазировали? Предлагаю сейчас сделать что-то похожее. Что первое приходит вам на ум, когда вы входите в квартиру матери?

— Мрак, — тихо ответила Пономарёва через какое-то время. — Там всегда полумрак. Деревья загораживают окно. Тёмная мебель. И даже если включить свет, лампы тусклые. Я предлагала маме поменять люстры, но она против. Не хочет ничего менять.

— Вы росли в этой квартире?

— Да.

— Там всегда было так тускло?

— Обстановка не менялась со времён моего детства.

— Закройте глаза и мысленно зайдите в этот мрак.

— Это обязательно?

— Вам — нет. Придумайте себе волшебного помощника, который сделает это за вас.

— Кого? Красную Шапочку? —улыбнулась Анна.

— А почему бы и нет? Пусть она сходит и посмотрит, какие неприятные чувства доставляют вам боль.

— Ладно, я лучше сама. Что нужно делать?

— Ты упрямее её, — вдруг сказал ангел в синем, но Вика отмахнулась от этой реплики, увлечённая процессом.

— Зайдите во мрак, — повела она Пономарёву голосом. — Что вы там чувствуете?

— Мне неприятно.

— Из-за чего вам неприятно? Какое чувство это вызывает?

— Одиночество и сожаление.

— Это не её чувства, а её матери. Она впитала их с молоком. Её родители разошлись, когда Анне было шесть месяцев. Это чувство передаётся в роду от женщины к женщине, — подсказал ангел в сером.

— Сожаление о чём?

— О несложившемся женском счастье.

— Это вы так думаете? Это ваше женское счастье не сложилось?

— Не знаю.

— Мама растила вас одна?

— Да.

— Ей было тяжело?

— Очень. Она много работала, чтобы я выбилась в люди.

Анна тихо заплакала с закрытыми глазами.

— Ваша бабушка растила вашу маму одна?

— Да, одна.

— Ей было тяжело?

— Очень тяжело. Это было послевоенное время. Только закончилась Вторая мировая война.

— Ваша прабабушка растила вашу бабушку одна.

— Точно не знаю всего. Там странная история. Кажется, семью раскулачили, а бабушка какое-то время была в детском доме. Мне особо не рассказывали.

— Сейчас, когда вы вспомнили историю нескольких поколений вашего рода, скажите мне: одиночество и сожаление — это ваши чувства?