Книга Целительница, страница 74 – Светлана Воропаева

Виктория улетала с солнечного Кипра с лёгким сердцем и весёлым настроением, но Москва встретила её серыми буднями. Пятницкая сидела на маленьком диванчике в приёмной у Поспелова, ожидая, когда тот освободится. Тамара улыбалась ей и то и дело затевала беседу о всяких пустяках, даже не подозревая, насколько неприятный разговор ожидает её руководителя.

— Всё. Освободился. Ждёт, — задорно кивнула помощница Поспелова, указывая на дверь.

Как только Виктория переступила порог кабинета, наигранная улыбка спала с её лица. Виктор неотрывно следил за движениями Пятницкой.

Она молча села за стол переговоров. Поспелов также молча сел напротив неё.

— Я ухожу. С работы тоже.

— У тебя уже есть другое предложение о работе? — никак не реагируя на первое заявление Вики, ответил Виктор.

— Нет.

— Сбережения?

— Нет.

— На что ты будешь жить?

— Я не знаю.

— И ты по-прежнему хочешь уйти?

— Да.

— Это неразумный поступок. Ты понимаешь?

— Понимаю. Однако положусь на милость судьбы.

— Возможно, ты что-то знаешь об этом мире, чего не знаю я, — лишь резюмировал Виктор. — Мне нужно будет ввести нового человека в проект на замену тебе. Прошу тебя отработать положенные две недели. А я постараюсь сделать тебе отступные в три оклада при увольнении.

Вика бросила на Поспелова неуверенный взгляд. Предложение ей явно не нравилось.

— Активная стадия проекта. Твоя помощь сейчас нужна. Все коммуникации будут через Славу. На рабочие встречи сюда можешь не приезжать.

— Хорошо, — после паузы ответила Пятницкая и встала. — Моё заявление об увольнении по собственному уже в отделе кадров.

В её тоне сквозила обида. Вике показалось, что Виктор видит в ней только работницу, а не женщину. «Слова, слова, одни слова. Только слова…» — в голове закрутилась старая французская песня, которую исполняли Далида и Ален Делон.

— Забери заявление, — фраза Поспелова остановила Викторию в дверях. Она обернулась. — Мы расторгнем с тобой трудовой договор по соглашению сторон. Иначе не смогу сделать тебе увеличенные выплаты. — Виктор чуть помолчал, а потом добавил: — УЗИ показало, что с моим будущим ребёнком всё в порядке. Если я что-то могу для тебя сделать — готов в любоевремя. Только скажи.

— Уже достаточно сделал, спасибо, — с деланным спокойствием выдавила из себя Пятницкая и поспешно вышла, чтоб прилюдно не разрыдаться.

***

— Ма-а-аш… — тихо проскулила Вика в трубку телефона, сидя на полу кабинки в туалете ТТК-Банка.

— Плачешь?

— Угу, — выдавила Пятницкая.

— Сказала?

— Угу.

— А он что? Ничего? Любит, не любит? Не стал уговаривать?

— Угу.

— Я уже пришла с работы домой. Приезжай ко мне. Вино у меня есть.

— Угу.

— Давай-давай. Соберись и приезжай. Только лучше на метро. Москва сегодня стоит как никогда.

Поездка в час пик благотворно повлияла на Пятницкую. Пришлось штурмовать вход в метро вместе с остальными офисными работниками, заканчивающими рабочий день ровно в шесть, впихиваться в вагон, а потом ещё топать по переходу на другую ветку. Думать о плохом было как-то некогда, Вика просто пыталась противостоять беспорядочному движению толпы, но на кухне подруги горести нахлынули с новой силой.

— Что сказал Виктор, можешь рассказать поподробнее? — попросила Мария, разливая красное вино по бокалам.

— Попросил отработать две недели. Пообещал выплатить три оклада. И сообщил, что его ребёнок в порядке. Всё, — пробормотала Вика, скрючившись в уголке за столом.