Книга Искра надежды в эпоху отчаяния, страница 36 – Делия Дэвис

– Спасибо тебе, – негромко поблагодарила Шепард, крутя в пальцах запакованный шприц, – что не дала ему умереть.

– Если бы я этого не сделала, Ричард бы со мной развелся. – Негромкий смех сорвался с ее губ. – Он и наш лучший друг, Дана. Мы бы его никогда не бросили. Что бы ни говорил Маршалл и какая бы ситуация ни была… Тебе бы проведать Саймона. Ему как раз нужно пить лекарства.

От ее слов в груди разлилось тепло, и Дана улыбнулась. Сбросив уличную одежду и хорошенько вымыв руки, она дождалась, когда Клэр положит в конверт несколько таблеток, и отправилась в палату. Пройдя на второй этаж по обшарпанному коридорчику бывшего жилого здания, Шепард пробежалась взглядом по номерам на дверях. Это больше напоминало хостел, нежели госпиталь. Пройдя мимо палаты с кашляющим мужчиной, Дана пропустила еще пару дверей и зашла в комнату Саймона. Тихонько закрыв за собой дверь, она приблизилась к его постели.

Грудь размеренно вздымалась в такт глубокому дыханию, бинты на голове намокли от крови, ссадины покрывали бледную кожу на лице, шее и руках… Внутри что-то сжалось. Каждый из выживших стал обладателем таких украшений в большей или меньшей степени. Но ей редко попадались люди с таким количеством шрамов. Дана поджала губы, опуская взгляд на его ладони. В одной из них он сжимал ее маленький полумесяц, потерявшийся между складок белой простыни. Черный потертый ремешок на запястье ярко выделялся. Дана было потянулась к жетонам, все время болтавшимся на шее, но вспомнила, что оставила их в своем домике, и чуть сильнее сжала в ладони конверт с лекарствами. Ее слепая, по-детски наивная вера в кои-то веки оправдалась, и Дана не знала, как на это реагировать.

Заправив прядь за ухо, она мягко коснулась его руки. Тепло обожгло подушечки пальцев. Ее же руки все еще были слишком холодными. По телу пробежали мурашки. Глубокое дыхание оборвалось, отчего Дана замерла на месте, быстрым движением убирая руку. Она все еще ощущала его прикосновения. Но, увидев ленивое движение, только улыбнулась от понимания, что Саймон всего лишь проснулся.

Он провел пальцами по глазам, стирая сонливость, и посмотрел на Дану. На мгновение показалось, что Саймон ее не узнал, но тут уголки его губ дернулись в полуулыбке. Тревога развеялась, и Дана медленно выдохнула.

– Как себя чувствуешь? – поинтересовалась она, придвигаясь ближе к тумбочке, на которой стояли бутылка с водой и стакан.

– Каждый раз будешь спрашивать об этом? – медленно спросил он, сцепив зубы от боли, вызванной движениями.

– Могу спрашивать по два раза на дню: утром и вечером, – негромко фыркнула Дана, слегка сморщив нос. – Тебе нужно принять лекарство, и даже не думай, что сможешь отказаться. Сейчас наши силы не равны.

– Конечно, я же все равно одержу победу.

Дана улыбнулась, наливая в стакан воду под пристальным взглядом Саймона. Сердце птицей забилось в груди. Она уже начала забывать его. Яркие воспоминания, которые Дана прокручивала каждый день, превратились в затертые временем, окропленные кровью картинки. Черты лиц теряли резкость, фразы перекрывал белый шум. Она боялась не узнать его среди потока незнакомцев, с каждым годом стремясь стянуть треснутые розовые очки. От пестрых стекол осталась лишь пара осколков, перекрывающих всю мерзость мира, в котором они теперь вынуждены выживать. Мама часто говорила, что никогда нельзя быть зависимым от одного человека настолько сильно, но… Эта зависимость впиталась так глубоко: Дана не могла иначе. Не теперь, когда еще одного близкого человека не стало.