Книга Злодейка. (не) нужная невеста, страница 60 – Maria Sonik

— Маргарет, — сказала я ровным голосом. — Вы опоздали. И не с тем пришли. Все эти документы уже давно у меня. Королевские аудиторы работают с ними вторую неделю. Ваша судьба решается сейчас не мной, а в суде. Ваши счета арестованы, имущество опечатано.

Она застыла, как громом поражённая.

— Но... я думала... — пробормотала она побелевшими губами.

— Вы думали, что я прощу вас, если вы приползёте на коленях и принесёте мне то, что и так уже у меня есть? — я покачала головой. — Прощение, Маргарет, нужно заслужить. Годами честной жизни и раскаяния. А не одной эффектной сценой. Вы ничего не заслужили.

— Эвелина, умоляю...

— Стража! — повысила я голос. Двое гвардейцев, стоявших у входа, мгновенно подошли. — Проводите леди Маргарет к выходу с территории Академии. И проследите, чтобы она покинула её в целости, но без задержек.

Маргарет увели, всё ещё что-то бормочущую и всхлипывающую. Я подошла к окну и смотрела, как её сгорбленную фигуру ведут к воротам. На душе было... легко. Удивительно легко.

— Тяжело? — раздался за спиной голос Теодора. Он, как всегда, появился бесшумно.

— Нет, — ответила я честно, не оборачиваясь. — Удивительно легко. Она мне никто. Чужая женщина, которая когда-то пыталась меня убить. Почему я должна её жалеть?

— Не должна, — он подошёл и обнял меня со спины, положив подбородок мне на макушку. — Ты всё сделала правильно.

— Знаю. Просто иногда хочется, чтобы люди были лучше. Чтобы не врали, не предавали, не пытались уничтожить друг друга из-за денег и власти.

— Не все могут быть лучше, — тихо сказал он. — Но ты можешь. И это главное.

В следующие выходные Теодор устроил сюрприз — привёл меня к нашему озеру, тому самому, где мы когда-то тренировались и где впервые по-настоящему поговорили после турнира. Вечер был тёплым, почти летним. Вода в озере была гладкой, как зеркало, отражая усыпанное звёздами небо. Тишина стояла невероятная, только изредка где-то вдалеке ухала сова.

— Помнишь, как мы здесь впервые занимались? — спросил он, останавливаясь у самой кромки воды.

— Ещё бы, — я улыбнулась, вспоминая. — Ты пытался меня утопить, создав девятый вал, а я пыталась тебя сжечь заживо.

— Идиллия, — усмехнулся он. — Романтика по-королевски. А теперь?

— А теперь я готова тебя сжечь, толькоесли ты очень сильно этого заслужишь, — пошутила я, пихая его в плечо.

— А если я скажу кое-что очень важное?

— Тогда я, пожалуй, подожду с поджогом. Выкладывай.

Он повернулся ко мне. В темноте его глаза казались бездонными, чёрными, в них отражались звёзды.

— Аня, — начал он, и голос его был серьёзен, как никогда. — Я знаю, что мы говорили об этом. Я знаю, что ты просила время, и я старался дать его тебе. Но я больше не могу ждать.

Сердце пропустило удар.

— Чего именно? — спросила я, чувствуя, как внутри разгорается странное, тёплое волнение.

— Вот этого, — он вдруг опустился на одно колено. Прямо на траву, на влажную землю, не боясь испачкать дорогие штаны. — Аня, я люблю тебя. Не Эвелину, не ту испуганную девочку, которая появилась здесь полгода назад. А тебя. Настоящую. С твоим огнём, который сжигает всё на своём пути, с твоим упрямством, с твоими дурацкими современными шуточками, которые я едва понимаю, с твоей привычкой всё поджигать, когда ты злишься или волнуешься.

Он достал из кармана маленькую бархатную коробочку и открыл её. Внутри, на тёмном фоне, лежало кольцо — тонкий золотой ободок с крупным рубином, который пульсировал мягким алым светом, будто живой.