Книга Игра, страница 84 – Ян Бэк

– Пациенту нужен покой! – с нажимом сказала врач и расставила руки, словно бы хотела оттеснить Бьорк, Бранда и Гампера от постели.

Бьорк кивнула.

– Хорошо. Спасибо, господин Грубер. Вы нам очень помогли. – Бранд заметил, какого труда ей стоило сохранять выдержку.

Главный комиссар уголовной полиции Себастиан Борхерт остановился возле элегантной виллы на Харвестехудер Вег, невдалеке от Аусенальстера. «Не каждый день зовут в такие дома»,– подумал он, подозревая, что всякое желание пошутить улетучится, как только он ступит на порог дома. Коллега из спецотряда уже предупредил его.

Борхерт поднял воротник дождевика и вышел из машины. В лицо ударил влажный ветер. Вокруг опадали листья – слишком рано для этого времени года. Всему виной засуха. Из-за нее деревья вовсю накапливали силы для холодов, вместо того чтобы дать новую зеленую поросль. Поверхностно можно было сказать, что не только погода, но и фауна съехала с катушек. А если копнуть глубже, всему находилось логическое объяснение. Борхерт надеялся, что и с происшествием в этом доме будет так же. Нет, на самом деле он надеялся, что нет никакого происшествия. Что все это недоразумение. Что мир не настолько жесток.

Дождь заставлял действовать быстрее, чем ему хотелось. Он прошел мимо полицейских машин по гравийной дорожке через открытые, обитые кованым железом подъездные ворота, по обе стороны от входа стояли мраморные колонны. Там его уже ждали.

– Доброе утро! – сказал он молодой коллеге в униформе, вид у нее был бледный. – Борхерт, уголовная полиция, – добавил он и показал ей жетон.

Она кивнула и придержала ему дверь, следя за тем, чтобы не оставить отпечатков ни на ручке двери, ни на самой двери.

Он вошел и понял, что сотрудники судебной экспертизы здесь уже давно. Произведена более тщательная, чем обычно, фиксация следов. Машины, что стояли на улице, видимо, принадлежат этим людям. Один из судебных экспертов был занят сбором отпечатков в атриуме.

– Куда? – коротко спросил Борхерт.

Человек в белом комбинезоне поднял голову и молча кивнул на лестницу.

Борхерт прошел вглубь дома. До того, как начнет работать полиция, надо было дать экспертам время. Его бы определенно остановили, явись он слишком рано.

Он поднялся по лестнице. Наверху он услышал разнообразные звуки, главным образом шуршание защитных костюмов, а также бормотание и последующий щелчок фотокамеры. Борхерт повернул налево – к комнате, на которой, по всей видимости, и будет сосредоточено основное расследование.

Он вошел и увидел кровь, повсюду кровь.

На стенах, на полу, даже на потолке. И, разумеется, на обоих трупах, лежащих в кровати; руки и ноги у них были связаны и прикреплены кабельными хомутами к кроватному каркасу. Женщина и мужчина.

Борхерт не мог отвести глаз от многочисленных глубоких резаных ран на обнаженных телах, свидетельствовавших о поистине неиссякаемой жестокости того, кто их нанес. Сразу видно, что жертвы подвергались истязаниям – на это указывали разбросанные по комнате пальцы ног и фаланги пальцев рук. Об этом же говорила и размазанная повсюду кровь. Раны, нанесенные post mortem, не дали бы такой картины, как на скотобойне. Который из ударов ножом, какое из проявлений неимоверной жестокости привели в итоге к смерти, покажет вскрытие. Но это уже второстепенно.