Книга Прикосновение смерти, страница 46 – Елена Гордина

– Пока никого не убили! Это дознаватель пришла! – объяснила им теща громким голосом. – Она говорит, что убийцу и первую жену Кости расстреляют!

Не успела Ирина и рта открыть, как в разговор вмешался «мятый» сосед.

– Нет у нас смертной казни! – буркнул он, а молодая женщина вздохнула:

– Жаль, что нет! Мою свекровь так напугали, что она в больнице до сих пор! И непонятно, оправится ли она от этого нервного срыва!

Дознаватель к ней подошла:

– Да, я знаю, что ваша свекровь – это основной свидетель! Это она вызвала полицию и первой увидела тело! Как там ее имя-отчество, из головы вылетело?

– Казаченко Алевтина Николаевна! – грустно улыбнулась молодая женщина, а ребенок у нее на руках начал капризничать и выворачиваться.

– Я передам, что вы ее искали! – пообещала мать Зинаиды дознавателю и зашла в квартиру, а Ирина медленно спустилась вниз и вышла на улицу, она жадно хватала ртом свежий воздух, пытаясь восстановить дыхание.

Ее цель была достигнута, хотя и не так, как планировала, но фамилию соседки она все-таки узнала, а это значит, что можно ехать в больницу.

По дороге Ирина попала в пробку, нервничала и постоянно смотрела на часы, так как боялась опоздать. Она позвонила Милане:

– Ты можешь сейчас приехать в двадцать вторую городскую больницу? Я застряла в пробке, а там надо навестить некую Казаченко Алевтину Николаевну.

– Зачем? – удивилась Милана.

– Затем, что она единственный свидетель, на показаниях которой и построено все обвинение Никиты! Надо у нее подробно все расспросить! Скоро приемные часы начнутся, а я в пробке, можешь мне помочь?

– Конечно, я сейчас приеду! – пообещала ей Милана. – Только отправь мне еще раз все ее данные в мессенджер, чтобы я ничего не забыла.

– Конечно!

После разговора с сестрой Милана сразу же вызвала такси, но тоже попала в пробку! Время шло, а машины не двигались, пробка только разрослась в обе стороны, и тогда она не выдержала. Милана выскочила из такси и побежала к больнице, до нее оставалось всего несколько метров.

Она успела добраться до поста неврологического отделения двадцать второй городской больницы за пять минут до начала приема.

– Мне к Казаченко Алевтине Николаевне, – обратилась она к дежурной медсестре.

– Вы ей кто будете? – спросила медсестра, мельком бросив на нее взгляд.

– Я ее сноха, – ответила Милана.

– Продукты какие-то принесли? Если да, то надо мне все показать, чтобы не было ничего запрещенного.

– Продуктов нет! – Милана покачала головой. – Мы ей вчера все отдали, а сейчас надо просто поговорить. Как ее состояние?

– Стабильное. – Сестра посмотрела записи. – Но посещения разрешены, только недолгие, поэтому не утомляйте ее!

– Хорошо! – Милана огляделась. – Мне можно идти?

– Халат возьмите вон там и накиньте себе на плечи, а верхнюю одежду оставьте здесь!

Милана сняла куртку, накинула халат, и поспешила во вторую палату. Комната была небольшая, погруженная в мягкий полумрак, свет пробивался сквозь узкий проем окна, окрашивая стены бледно-желтым цветом. Тусклая лампочка под потолком мерцала рассеянным светом, бросая тени на лица двух женщин, лежащих на соседних кроватях.

Одна из пациенток, хрупкая седовласая женщина, тихо посапывала, слегка покачивая головой на подушке. Вторая старушка сидела полусогнувшись, прижимая руки к груди, задумчиво смотрела в окно.