Онлайн книга «И всюду кровь»
|
Пожалуй, Лео прав: на сегодня хватит. Большие никаких мыслей – ни о расследовании, ни о мисс Сэлинджер. * * * Как ни странно, но с этой установкой Адам справился почти на отлично. Вернувшись домой после полуночи, уже через полчаса он с наслаждением засыпал в своей кровати после горячего душа, окруженный мягкой, обволакивающей тишиной – в квартире и собственной голове. Но вскоре эта гармония сменилась привычной тревогой, а послевкусие беззаботного вечера было стерто беспокойными снами, заставляющими крепко сжимать подушку и часто дышать в приступе безысходности. Позже Адам и не вспомнит, что именно ему снилось и вынуждало испытывать гнев, боль и опустошение. Как и во все предыдущие ночи за последний год, после очередного кошмара должно было остаться только одно-единственное желание: сбежать. Сбежать, как можно дальше, не слышать, не видеть, закрыться от всех и от себя, а заодно вырвать удушающие воспоминания из головы. Если понадобится – сорвать их вместе с кожей; сделать что угодно, лишь бы не возвращаться к тому жалкому подобию себя: слабому, подавленному чужой волей, сломленному нездоровой зависимостью от огрызков эмоций, которыми его одаривали от случая к случаю за «хорошее поведение». Вот что случается, когда по ошибке или незнанию выбираешь не того человека и, подпустив его к самой сокровенной части своего внутреннего «я», добровольно позволяешь разрушить это «я» до основания. И страшно повезет, если удастся вовремя остановиться – до того, как от собственной личности не останется ничего, даже тени и пульса. Промычав под нос невнятные фразы, Адам резко перевернулся на спину и распахнул глаза. Сердце колотилось на бешеной скорости, как после скоростного забега на длинную дистанцию, а все еще не до конца проснувшийся разум не отличал реальность от сна. Тяжело выдохнув, Миддлтон перевел взгляд в сторону и замер. Онасидела прямо перед ним на краю кровати, с привычным отстраненным и непроницаемым выражением лица. Светлые волосы спускались мягкими волнами на тонкие плечи, а ледяной пронизителный взгляд изучал лицо Адама в попытке проникнуть еще глубже – в его мысли, чувства, под кожу, чтобы занять собой все и без остатка. Да… она всегда была чертовски красива – и точно так же бездушна и холодна. «Снежная королева», как называет ее Лео. Едва ли можно подобрать более подходящее определение. «Либо ты уйдешь с этой идиотской работы, либо потеряешь меня». Миддлтон зажмурился до цветных пятен под веками, пока в груди все незримо перемалывалось в щепки. «Адам, посмотри на меня! Никто из этих незнакомцев не может быть важнее меня, ясно тебе?» Нет. Нет, черт возьми, только не опять. «Ты принадлежишь мне, как ты еще не понял?…» – Нет, – промычал Адам, теряя контроль над телом, погруженным в крепкий сон. «Мой… – раздался над ухом ее шепот. – Всегда был… и всегда будешь». – Нет! Открыв глаза, Миддлтон резко сел на кровати и, судорожно дыша, быстро осмотрелся. Никого. Свет фонарей с улицы мягко пробивался сквозь неплотно задернутые шторы, задевая прикроватную тумбу, шкаф у стены и пустое пространство перед кроватью. Нет. Здесь не было никого, кроме Адама. Сделав глубокий вдох и медленный выдох, Миддлтон сдался: сегодня ему не уснуть без снотворного, хотя при таких ночных кошмарах он предпочел бы и вовсе не спать. |