Книга Долгие северные ночи, страница 157 – Влада Ольховская

– Извини, не ожидал, что ты проснешься так скоро. Сейчас убавлю, подожди… Готово.

Он не отключил прожекторы, он знал, что она должна оставаться на виду. Он не хотел допускать ни единого шанса на то, что она выкрутится из веревок. Но он действительно убавил мощность, и, когда Таиса открыла глаза во второй раз, зрение быстро адаптировалось к окружающему ее полумраку.

Она прекрасно знала: мнимая забота, которую проявил похититель, не значит, что он пощадит ее или сделает ее смерть легкой. Просто он еще не завершил подготовку, и ему нужно, чтобы Таиса не отвлекала его своими воплями, а верила, что с ним можно договориться, что он на самом деле слаб и не сделает с ней того, что произошло с другими.

В конце концов, других ведь убил не он! Таиса даже не сомневалась в этом. Там работали профессионалы, и, если бы ей достался такой же, подготовка была бы завершена. Но за ней пришел лично организатор, он нервничал, по неопытности действовал слишком суетливо, быстро, то и дело проверял настройки камер… Он мог себе это позволить, крайнего срока ведь нет!

Да и посторонние им не помешают, это Таиса знала наверняка. Она уже разглядела, где именно оказалась: тот самый отдаленный коттедж, в котором убили Лулу. Похититель подвесил ее к потолочной балке, лицом к стеклянной стене, и она бы даже смогла смотреть на лес, если бы за окном царил день. Но там давно наступила ночь… Невелика потеря. Ей скоро все равно будет не до наслаждения пейзажами – да ей уже сейчас не до этого!

Говорить вообще не хотелось. Мешал страх, который она так и не смогла подавить окончательно. Во рту пересохло, горло уже побаливало. Но надо, надо… иначе все будет зря.

– Я и предположить не могла, что мы снова встретимся, да еще здесь, – наконец сказала Таиса. Прозвучало немного хрипловато и тихо, но в целом – спокойно, и этим она могла гордиться.

Ярослав Павлов, возившийся с инструментами на рабочем столике, на секунду замер, перевел удивленный взгляд на свою пленницу. Таиса успела разглядеть, что все инструменты хирургические, но запретила себе думать об этом.

– А я предположить не мог, что ты будешь вести себя… вот так, – нервно усмехнулся он. – Где же крики? Где мольбы о помощи?

– Те, что на видео? Не думаю, что ты видел их в реальности. Я ведь твоя первая жертва, не так ли? Первая, кого ты убиваешь лично.

– Откуда ты знаешь?

– Ты нервничаешь. А я выбиваюсь из общей схемы. Меня не было на Фабрике, я подхожу под созданную тобой цепь с натяжкой. Но я тебе понравилась, когда мы встретились… И когда ты решил подарить удовольствие себе, ты осознанно выбрал меня.

– Занятная разница между профайлером и обычным человеком, – оценил Ярослав. – Никто из них не говорил так, как ты…

– Они кричали и плакали. Слова в этом случае не имеют значения. Они надеялись выжить.

– А ты – нет?

– Я надеюсь понять.

Ей нужно было вовлечь его в разговор, иначе – никак. Таисе уже доводилось сталкиваться с серийным убийцей, и тогда она точно знала, что он болтать не будет. А вот с Ярославом шанс был… Не потому, что он глуп – напротив, он великолепно все спланировал.

Но он в зоне эмоциональной уязвимости – и потому что впервые убивает своими руками, и потому что действительно желает этого. Таиса знала, что он ответит, должен… Он сделает это не для нее, для себя, чтобы отвлечься от нервозности. Что же до нее… Он понимает, что для профайлера неизвестность в деле, в котором она проиграла, почти болезненна. Своими объяснениями он делает ей одолжение, а значит, получает право забрать ее жизнь. Какую еще плату она способна ему предложить?