Книга Источник света, страница 5 – Влада Ольховская

Это дело Николаю поручило руководство МВД. И отказываться он не стал вовсе не потому, что услуга, оказанная таким людям, порой превосходит любой гонорар. Нет, профайлер был искренне заинтригован. Он прекрасно знал: там работают вовсе не те самые бездушные коррупционеры, которых любят показывать в кино, а обычные люди, преданные своему делу. Им важно знать, правду Токарева сказала или нет, важно убрать из своих рядов тех, кто сотворил такое, они осознавали, что слепая профессиональная солидарность до добра не доводит.

При этом Николай стал их единственной надеждой. Преступление, в котором Екатерина обвиняла сотрудников полиции, произошло давно, улики, если они и были, уничтожены, документы оформлены как надо. Те самые полицейские, на которых указала Токарева, вполне предсказуемо заявили о ее помешательстве. Получается, ее слово против их слова… Именно Николаю предстояло выяснить, за каким из слов скрывается ложь.

Он до последнего не был уверен, что возьмется за это дело, а теперь чувствовал: надо. Он не просто так снова и снова просматривал запись того, что сделала Екатерина. Ему дали видео лучшего качества, то, на котором кадр можно приблизить, рассмотреть лицо женщины, взгляд… Николай не видел никаких признаков помутнения рассудка. Екатерина прекрасно понимала, что она делает и зачем. Было ли ей страшно? Разумеется, тут здоровый разум играл против нее, подсказывая, какая боль ее ожидает. Но у нее была достаточная причина, чтобы довести дело до конца.

– Коля, я тут подумала… Я понимаю, что ты не нуждаешься в моих советах, – смущенно улыбнулась Вера. – Но ты же не против, если я скажу?

– Когда это я был против? – удивился Николай. Комплиментом это не было: мнение жены он ценил так же высоко, как мнение своих учеников.

– Если те полицейские действительно так опасны, как она сказала… Почему они не избавились от нее? Господи, не верю, что говорю о таком… Видишь, до чего доводит твое влияние!

– До здравых мыслей. Ты права: до того, как устроить акт самосожжения, Токарева действовала осторожней, но полицию знатно покусывала. И жалобы писала, и с журналистами общалась, и одиночные пикеты перед участком устраивала.

– Вот! Если те люди действительно такие монстры, как она говорит, разве они не попытались бы арестовать ее?

– Тогда они были бы слишком карикатурными монстрами, – покачал головой Николай. – А там неглупые люди. Они прекрасно знали, что за Токаревой наблюдают многие, в том числе и журналисты. Если бы с ней что-то случилось, это стало бы доказательством ее правоты или хотя бы поводом для подозрений. Поэтому им было куда выгоднее отмахиваться от нее, снисходительно улыбаться и в любых официальных комментариях настаивать на том, что она просто несчастная женщина, у которой сдали нервы.

– Они ожидали, что она устанет и угомонится, а не пойдет на площадь, – догадалась Вера.

– Именно так. Сейчас они в любом случае близки к панике – хоть виноваты, хоть нет. До них наверняка донесли, что высокое начальство не отмахнулось от Токаревой, а будет разбираться.

– Надеюсь, это не станет опасным для тебя?

– Не должно, – покачал головой Николай. – Максимум – попытаются придавить угрозами… Но мне не привыкать, а до Токаревой они не доберутся, ее уже охраняют. Вера, я и правда хочу узнать, что там случилось.