Книга Дожить до весны, страница 153 – Влада Ольховская

Лиза продемонстрировала ему длинный шрам, пересекавший все ее предплечье – вертикальный шрам, действительно опасный. Время и даже парочка пластических операций подкорректировали его, однако окончательно убрать не смогли.

– Судя по тому, что на второй руке такого нет, вас успели остановить, – заметил Гарик.

– Да… папа. Не знаю, как он догадался. Наверно, заметил что-то на моем лице… Он наконец-то понял, насколько чудовищной стала ситуация. Или она, или я.

– И вот тогда началось все, о чем нам рассказали… Он начал готовиться, он тренировался. Возможно, он мог бы найти и более простой способ избавиться от нее, но ему казалось честнее рискнуть и своей жизнью.

– Да… Да, я тоже так думаю, хотя мы с ним никогда не обсуждали это. И он не предупреждал ни меня, ни Артема, что сделает это… Но, когда он все-таки сделал, мы оба поняли это, хотя истолковали по-разному.

Гарик по-прежнему не знал, планировала ли она раскрыть ему правду с самого начала, когда приглашала сюда. Вряд ли – хотя правда эта была не так уж опасна для Вадима Мельникова: всего лишь голословное обвинение. Но Лиза, теперь вынужденно подпиравшая голову руками, была просто не в состоянии врать. У нее только и осталось, что правда, она искренне верила, что правды этой будет достаточно.

В этом чувствовалась наивность, которую Лиза вряд ли позволила бы себе в иных обстоятельствах. Папа стал для нее героем, потому что убил ради нее. Ей казалось, что это абсолютное оправдание, которое заставит предполагаемых борцов за справедливость оставить его в покое.

Жаль только, что все не могло закончиться так просто – и вообще сводилось не к ним. Гарик подумывал о том, чтобы искать у Лизы поддержки, объяснить, как опасны Валерьевы, но быстро понял: если и делать это, то не сейчас. Она и так измотала себя долгой речью и воспоминаниями, которые приходилось вырывать откуда-то из глубины души, как терновые шипы.

– Вам лучше не оставаться сейчас одной, это слишком опасно, – заметил Гарик. – Давайте я отвезу вас в больницу.

– Ну какую больницу? Это всего лишь грипп!

Профайлер окинул ее полным сомнений взглядом.

– А кто-нибудь диагностировал это как грипп?

– Можно подумать, вы с каждым чихом бежите к врачу!

– Справедливо. А знаете, что еще справедливо? От гриппа умирают.

Лиза покосилась на него с осуждением, однако огрызаться не стала. Она и сама понимала, что не бывает «всего лишь гриппа». Ей уже тяжело – и еще пара дней наверняка пройдет именно так, прежде чем ей станет лучше. Вряд ли ей хотелось проводить время, когда трудно даже за лекарством сходить, в одиночестве.

– Вы можете заразиться, – сказала она.

– Поздновато об этом волноваться, возможно, я уже. В машине шансов меньше, чем тут. Там я на водительском, вы на заднем, а тут все прокашляно вами.

– Ну, знаете ли!

– В чем я не прав?

– В хамстве… В остальном правы. Дайте мне минуту.

Гарик действительно допускал, что уже заразился от нее этой пакостью. Ну так и что с того? В марте гриппом не переболеть – почти дурной тон! Если все-таки заразился, нужно будет съездить домой и крепко обнять сестру. А Майю попросить не приезжать какое-то время, только и всего.

Он забрал у Лизы сумку, проследил, чтобы она точно выключила свет и заперла дверь, повел к машине. К этому моменту девушка, кажется, уже двигалась на автопилоте, слабо представляя, куда она идет и с кем. Плохо… Но по-своему знакомо: никто не поднимается до таких вершин в саморазрушении как трудоголики.