Онлайн книга «Осеннее равноденствие»
|
– Похоже на поражение центральной нервной системы, – задумчиво ответил Матвей. – Ну и, думаю, были симптомы в других системах – наверняка начались проблемы с усвоением пищи, почки или отключались, или готовились к этому… – Что это за отравление такое? Так долго, с такими симптомами… Да еще и найти не могли! Если у нее было поражение нервной системы, разве МРТ не показало бы это? – Не обязательно. И стандартные анализы крови тоже не всегда выявляют источник проблемы. Иногда нужны специализированные анализы, но для начала требуется, чтобы кто-то их назначил. Именно поэтому грамотное долгосрочное отравление – самый надежный метод убийства. Оно ввергает человека в некое подобие хронической болезни, и постепенно все его окружение свыкается с мыслью, что он умирает по необъяснимому капризу природы. Просто не все убийцы могут себе такое позволить. – Ты жуткий, ты ведь знаешь об этом? – угрюмо поинтересовался Гарик. – Как Таиса с тобой спит – вообще не понимаю! Похоже, он оправился от эмоционального удара, которым стали для него откровения Сони, и возвращался к привычному образу. Не вовремя – сейчас это раздражало даже больше, чем обычно. Память немилосердно подкинула образы, от которых Матвей давно уже отворачивался: темная лестница, девушка, подошедшая опасно близко, ее вопрос, его ответ… То, что она не отвернулась от него, и то, что он хотел сделать, да так и не сделал. Именно это болтовня Гарика вытаскивала на поверхность, хотя сам Гарик вряд ли осознавал свою возросшую вредоносность. – Думай о деле, – жестко велел Матвей. – Я бы и рад, да ничего не придумывается! Вот ты хотя бы догадываешься, чем можно отравить человека, чтоб с ним такое случилось? – Не просто догадываюсь, а могу предположить с высокой долей вероятности. Ртутью. – Чего? Это как? Хотя процесс побоку, меня больше метод интересует. Как она это провернула, если Соня строго следила за продуктами? Версию с ведьмой я пока не рассматриваю – но уже морально готов! – К версии с ведьмой не готов я. А отравление ртутью возможно и через кожу. Я не сомневаюсь: сразу после того, как Соню переселили из квартиры матери в интернат, Алена наведалась туда лично, забрала всю косметику Киры, и больше эти банки никто никогда не видел. Матвей не мог гарантировать, что все было именно так, но версия выстраивалась вполне логичная. Из слов Сони было понятно, что ее мать с готовностью экономила в первую очередь на себе, жертвовала собственным комфортом. При этом Кира, старшая из сестер, с подобным образом жизни не могла не столкнуться с ранними признаками старения. Да, она всегда ставила дочь на первое место в своей жизни. Но она все равно смотрела в зеркало – и все равно проходила через определенный кризис. При таком раскладе было вполне естественно, когда Алена дарила ей то, что Кира не купила бы себе сама. Дорогую косметику, например, причем уже вскрытую, без заводской пленки. Объяснение напрашивалось само собой: это для того, чтобы Кира не продала подарок, а действительно воспользовалась им! Кира сестре верила, ничего не подозревала, она была благодарна, такой жест лишь укреплял ее убежденность в том, что Алена – не просто родственница, это лучшая подруга, достойная абсолютного доверия. Но если Матвей угадал верно и для отравления действительно использовалась ртуть, ситуация оказалась еще печальней. Для такого серьезного воздействия через косметику не хватило бы года. Кире пришлось бы вводить через кожу яд лет пять, чтобы ртуть в организме постепенно накапливалась. Когда же она заговорила о продаже фирмы для получения денег на лечение, Алена просто увеличила дозу, чтобы результат проявился побыстрее, и за год все решилось. Так что Кира никак не подтолкнула сестру к преступлению, приговор ей был давно вынесен – пожалуй, в момент, когда она отказалась полностью переписать свою часть наследства на сестру. И тут еще большой вопрос, как именно умер их отец, совсем еще не старый мужчина… |