Книга Осеннее равноденствие, страница 72 – Влада Ольховская

Лишь когда они свернули с большого шоссе на дорогу, ведущую то ли к ферме, то ли к какому-то сельскому отелю, он потрудился объяснить, каким делом занимался все это время. От этого стало жутко… страшно даже. Не только от того, о чем говорил Гарик, просто его слова накладывались на свежие воспоминания о гибели Паулины, и Таисе пока сложно было такое контролировать.

Матвей же… привычно был Матвеем. Это в кабинете Форсова он как будто изменился. Нет, милым, добрым и готовым всех поддерживать он не стал, он просто выглядел более человечным, что ли. Но стоило им троим оказаться в машине, и он снова перешел к состоянию «безупречный инструмент для поиска преступников».

Едва Гарик закончил рассказ, как Матвей объявил:

– Тела по-прежнему на его территории. Судя по показаниям свидетеля, Черкунов – собственник. Он хотел обладать любовницей при жизни, он не отпустил бы ее после смерти. Даже прибытие полиции заставило бы его подготовиться к обыску, но не отказаться от своих трофеев, назовем это так.

– Вообще-то, свидетель сказал, что Черкунов попросил его помочь избавиться от тела, – напомнила Таиса.

– Да, потому что хранить тело в доме Черкунов не стал бы. Но он не зря не позволил свидетелю увидеть, что именно случилось с останками. Их сохранение – одна из форм удовольствия, возможность превзойти полицию – вторая. Поэтому во время обыска он не скрывал, что рад, раз это заметил даже Гарик.

– «Даже Гарик»? – уставился на него второй ученик Форсова. – Серьезно? С каких пор я – эталонное днище?

Таиса на месте Матвея уже смутилась бы. Но Матвей на своем месте и глазом не моргнул:

– Ты бываешь небрежен.

– Да? Ну и как же он провернул этот трюк с обманом полиции? Если я небрежен, а ты у нас эталон, должен бы понять!

– Ты опускаешься до детских дразнилок. Я не говорю, что все понял. Возможно, он на время обыска перенес тела.

– Ага, десять раз! Там не было указаний на свежие раскопки, собаки вполне могли взять след при недавнем перемещении. Да и потом, от свидетеля мы знаем, что он, мягко говоря, не оставлял тела целыми. Вопрос: зачем? И сколько ему бы пришлось бегать туда-сюда с этим конструктором?

– Побольше уважения нельзя? – поморщилась Таиса.

– Мое уважение выражается в том, что этих людей наконец достойно похоронят… Ну, то, что от них осталось. Подсказка: я понял, какой трюк провернул Черкунов, как раз после твоего дела.

– Ты думаешь, он их съел?! – ужаснулась Таиса.

– Он бы столько не съел, – возразил Матвей.

– Как же вы узко мыслите, – покачал головой Гарик. – Ладно, ждите демонстрации!

Пока они добирались до дома, Таиса пыталась вычислить, что именно мог проделать Черкунов. Скормить своих жертв животным? Но это долго, сложно и требует специфических животных – причем в большом количестве. Свиней или собак, десятки! И все равно остались бы следы, остался бы запах, который уловили бы служебные псы.

Но никаких животных возле дома не было, и уже это делало теорию несостоятельной. Отчаявшись хоть что-то понять, Таиса решила пока посидеть в зрительном ряду и посмотреть, что же будет дальше.

На этот раз Алексей Черкунов к визиту посторонних не готовился. Вечер только-только начался, еще даже не стемнело, и это при ранних октябрьских закатах, а в его доме уже вовсю гремела музыка. На парковке стояли элитные автомобили, из открытых окон слышался пьяный хохот, в основном женский, но звучали порой и мужские голоса. А еще из дома вырывался бело-сизый дым, который никого не беспокоил и точно не был признаком пожара.