Книга Осеннее равноденствие, страница 84 – Влада Ольховская

– Селфи? – переспросила Таиса. – Это ж сколько лет ему было?

– Двадцать семь, вроде.

– А Ольге?

– Сорок один, но дело вообще не в этом. Просто Костик был психом со справкой, так что никто не удивился, когда он упал.

Муж и правда был значительно младше супруги, однако родители Костика все равно не возражали. Он относился к высокофункциональным инвалидам – мог обслуживать себя, даже работать, но по уровню интеллектуального и психического развития остался на уровне двенадцати лет. Пожилые родители не говорили об этом открыто, однако чувствовалось, что гиперактивный отпрыск, всю жизнь проживший с ними и тремя другими детьми в тесной «однушке», им знатно надоел.

При этом они его любили и смерти не желали. Им казалось, что они понимают ситуацию: Ольге уже за сорок, замужем никогда не была, понятно, зачем ей понадобился инвалид! Выглядел-то Костик неплохо, пока он стоял неподвижно и молчал, он мог сойти за вполне привлекательного мужчину.

Его смерть сочли трагедией все без исключения. В страховке, оформленной на его жизнь и здоровье, тоже не увидели ничего подозрительного: он ведь беспокойный был, понятно, что любящая жена за него тревожилась! Убитые горем родители даже не обратили внимания на тот факт, что Ольга оставила все деньги себе, она ни с кем делиться не собиралась.

Нет, она грустила – так показательно, что никто не усомнился бы в искренности ее горя. Но одновременно с этим Ольга переехала в новую квартиру, продав ту, что досталась Костику от бабушки и мистическим образом оказалась почти сразу переоформлена на жену. Приданое Матросовой увеличилось, и никто не удивился, когда вскоре она снова вышла замуж.

На сей раз ее избранником стал ровесник, причем вполне обычный: без каких-либо особенностей, не красавец и не урод, из тех, кого старушки любят с умилением называть «надежный мужичок».

– Мы тогда с Толяном посмеялись, что она планку опустила, – признал Дмитрий. – Толян – это мой старший брат… Он тогда еще живой был.

Ольга к тому моменту и правда пристрастилась к красивой жизни. То, что она привела в свой дом электрика со средним заработком, казалось несколько странным. Но родные с ней общались только по праздникам и в ее дела не лезли. Решили – любовь, раз Ольга так быстро расписалась с разведенным мужчиной, оставившим все имущество бывшей жене.

Они прожили вместе год, до самой смерти второго мужа – который, конечно же, тоже оказался удачно застрахован.

– Я тогда узнал, что у нее подружка есть, – пояснил Дмитрий. – Она помогала Ольге оформить максимально выгодный полис… Но там речь о здоровье шла! Олька еще к нам ходила и приставала: типа, это выгодно, доживешь до скольки-то там лет и будешь добавку к пенсии получать! Она мудрено объясняла, я даже не слушал толком, сразу сказал, что мне такое не надо.

– А Анатолий согласился? – спросила Таиса.

– Ну да… Тогда ж никто не знал!

Второй муж Ольги Матросовой замерз насмерть: уснул на рыбалке и не проснулся. Ольги тогда и близко не было, она осталась дома, супругов разделяли десятки километров. И полиция, и страховая были вынуждены принять версию рыдающей вдовы.

Вот только Дмитрий не спешил поддерживать сестру:

– Она его просто довела. Он же, в отличие от Костика, нормальный был, мы неплохо общались… Он говорил, что она две недели до этого не давала ему спать.