Книга Цветы пустыни, страница 141 – Влада Ольховская

– А ему ты сразу не открыл, – заметила Таиса.

– Потому что теперь мне все-таки придется разбудить Майю, а в это время ты можешь встретить Гарика.

Спорить она не стала, сама поспешила в прихожую. Видеть Матвея в образе заботливой матушки не хотелось, хотя Таиса не была уверена, что будить гостью он планировал именно так.

Гарик же привычно оставался Гариком. Он наверняка не спал всю ночь, иначе у него не хватило бы времени на сбор данных, которых в открытом доступе нет и быть не может. Но он все равно смотрелся бодрым и как будто радующимся тому, что расследование, в которое они вляпались, успело стать совсем уж зловещим.

– Тут по-прежнему семейная идиллия? – бодро осведомился он.

– Они спят вместе.

– Майя это перерастет, а ты наверняка упустила пару важных деталей. Что я тебе говорил про ревность?

– То же, что я говорила тебе про «иди нафиг», – вздохнула Таиса.

Когда они вернулись в гостиную, Майи там уже не было. Матвей остался на месте, ноутбук все так же размещался перед ним, и даже плед был здесь, рядом. А девушка исчезла. Все выглядело бы так, будто она просто растворилась в воздухе, если бы с кухни не слышался звон посуды.

– Она вызвалась сделать кофе на всех, – обыденно пояснил Матвей.

– Мне с кленовым сиропом! – тут же поставил всех вокруг в известность Гарик.

– Принято! – донеслось с кухни. – Таиса, тебе?

– Латте, – отозвалась Таиса. – Ну так что, есть с чем работать?

– Работать всегда есть с чем, вопрос в том, будет ли результат! Но кое-что я накопал… Копал, кстати, в районе нужной нам квартиры. Я не отрицаю, что в доме могут найтись более достойные претенденты на звание Оверрайда. Но нам-то они до лампочки, так что пусть ими специально обученные люди занимаются.

С собой Гарик притащил рюкзак для ноутбука, в котором легко хватило бы места и папке с документами, и файлу, который уберег бы бумаги хотя бы частично. Но профайлера, видимо, любая аккуратность вгоняла в уныние. Поэтому он запихал распечатки в рюкзак кое-как, а теперь явил миру смятые комки бумаги, которые уместнее смотрелись бы в мусорном ведре.

Однако отправлять их в утиль было еще рано. На первых листах Таиса увидела фотографии всех, кто жил в квартире. В первую очередь Гарик указал на одутловатого мужчину с угрюмым взглядом.

– Это у нас Дмитрий Курлагин, виновник всего, в чем можно быть виноватым. Давненько сидит без работы, но деньги имеет. Регулярно куда-то шляется.

– Что значит «куда-то»? – уточнил Матвей. – Если за домом ведется наблюдение, спецы должны были определить, куда он ходит. Или слежка нынче совсем сдает?

– Нет, они-то определили, только толку от этого было немного. Мотается он в разные места – то в кафе, то в библиотеку, то в коворкинг. Видимо, жизнь в перенаселенной квартире его не прельщает. Но списывать его со счетов я бы не стал. Он якобы выполняет разовые подработки и получает за это деньги. Небольшие, и все же – не похоже, что семья бедствует.

– Что за подработки? – спросила Таиса.

– Все в сфере программирования, он в этом хорошо разбирается, поэтому он у нас и не списан со счетов.

Гарик не стал указывать, что, если Оверрайд действительно Дмитрий, то у него есть личный мотив для убийства Сергея – и все же он наверняка думал об этом. Объективно в случившемся с Алексом Курлагиным был виноват его отец. Вот только принять вину умеют немногие, всем остальным куда проще переложить ее на другого человека. Дмитрий вполне мог придумать какой-нибудь заговор, призванный освободить место в элитной школе. Если он действительно обвинил во всем Зараевых, он поступил бы с ними так, как они поступили с ним: отнял у них ребенка. Но эта версия остро нуждалась в подтверждении и пока не была основной.