Книга Зимнее солнце, страница 123 – Влада Ольховская

Люди говорят всегда, даже когда молчат, вот о чем многие забывают. Жесты, мимика, движения. Поза. Расстояние до собеседника. Напряжение, поселившееся в мышцах, или полная расслабленность. Даже когда разум отдыхает, тело продолжает рассказывать историю, это Таиса усвоила очень хорошо. Она сама, много знавшая о психологии, не всегда контролировала все эти невербальные послания.

Славик не просто узнал Дашу — они были близки, и теперь ему было известно, что она умерла. Вот и все, что интересовало Таису для начала.

— Как вы познакомились? — спросила она.

— Я же сказал, что не знаю ее!

— Парень, ты радоваться должен, что тебе выпал шанс поговорить со мной! Возможно, этим все и закончится, если будешь отвечать по существу. Если нет — придет тот, кто заставит тебя говорить.

— Да с чего ты…

— Ваши отношения доказаны, — прервала его Таиса. — Есть свидетель, который видел вас вместе. Есть коллега Даши, которой она упоминала о тебе. А главное, есть видео с заправки, там твое личико прекрасно видно. Мы говорим о мертвой девушке, Славик, с которой ты встречался, уже это делает тебя главным подозреваемым. Девушке, которая была от тебя беременна.

— Что?!

Это его окончательно добило. Славик, чуть пошатываясь, подошел к ближайшему стулу, опустился на него, подпер голову обеими руками. Фотограф смотрел в никуда — скорее всего, в то прошлое, где Даша еще существовала и такой финал их истории казался невозможным.

Получается, она не сказала ему или все-таки не знала… Минус один возможный мотив. Да и вообще, чем больше Таиса наблюдала за ним, тем крепче становилась уверенность, что Славик никого не убивал.

— Она не может быть беременна, — прошептал он. Он даже не заметил, что не сумел заговорить о Даше в прошедшем времени. — Мы же… Мы не… От того, что мы делали, не беременеют!

— Как оказалось, беременеют, — Таиса позволила себе говорить с ним чуть мягче. Он перестал отрицать, что был с Дашей, уже неплохо. — Останки Даши еще не похоронили. Любая экспертиза докажет, что ребенок твой.

— Но это же… Почему мой ребенок означает, что я ее убил?

— Дашу никто не убивал. Мы сейчас пытаемся понять, почему она оказалась в том лесу. Ты можешь рассказать мне, что произошло между вами?

Славик был в таком шоке, что даже не спросил, а кем, собственно, является Таиса и по какому праву его допрашивает. Видимо, ему казалось, что, раз ей известно так много, она просто обязана оказаться кем-то важным и влиятельным.

Может, ему было все равно. Он плакал, абсолютно не замечая собственных слез. А еще он говорил.

Его роман с Дашей и романом-то не был — по крайней мере для него. Так, несерьезное развлечение. Славик работал в Усадьбе с весны, он фотографировал охотников с трофеями, скучающих девиц, порой проводил парные фотосессии за закрытыми дверями — за такие платили больше. Это обеспечивало его таким количеством заказов, что он жил на территории курорта, не было смысла мотаться в город и обратно.

Однако именно поэтому Славик скучал. Все красоты этих мест он снял еще в первые месяцы. Потом новизну приносила только смена сезонов, и даже на наблюдение за ней оставалось не так много времени. Чтобы окончательно не сойти с ума, он то и дело брал арендную машину Усадьбы и катался по ближайшим деревням и поселкам, в которых ему виделись хоть какие-то признаки цивилизации.