Книга Смертельный псевдоним, страница 167 – Наталья Солнцева

Кристина схватилась за голову: от ломоты в затылке темнело в глазах. Лева ведет двойную жизнь? Не удивительно, что Ася выросла неуравновешенной, импульсивной девицей.

– Ты говорил о подсказках, – напомнила Ева, когда пауза затянулась.

– Их было несколько, – кивнул Всеслав. – Кстати, это ты произнесла ключевую фразу: «Джек-потрошитель вернулся. Ему наскучило бродить в Долине Теней!» Я опять оказался олухом, Ева. Обрати я тогда внимание на твои слова, все пошло бы по-другому. Вторую подсказку дали мне вы, Кристина.

– Я?! – Адамова в изумлении распахнула покрасневшие от бессонницы глаза.

– Вы говорили о первой супруге Льва Назаровича, Елене. «Она неотступно преследует меня, то бесплотной тенью, то в образе дочери. Она будто смотрит глазами Аси». Припоминаете?

Кристина смутилась. Да, она болтала всякие глупости, но в чем же заключается подсказка?

– Самой значительной была подсказка Максима Плетнева, молодого хирурга, который влюбился в Садыкову и пытался за ней ухаживать, – продолжал тем временем Смирнов. – Он признался, Адамов, что однажды случайно стал свидетелем вашего разговора в подсобке с неизвестным человеком: речь шла о контейнерах для хранения органов.

– Это был… Вадим, – прошептал Адамов. – Я не видел никаких контейнеров… и так и сказал ему. Он рассердился.

– Неважно. Меня гораздо больше заинтересовало другое. В детстве Плетнев ходил на рыбалку со своим дедушкой, и тот развлекал внука страшными историями. Плетневы – потомственные медики, профессия врача в их семье переходит из поколения в поколение. В частности, дед Плетнева работал судебно-медицинским экспертом. За ужением рыбы он поведал маленькому Максу о «подмосковном маньяке», жертвами которого становились молодые красивые женщины. Их растерзанные трупы привозили на вскрытие деду Плетнева. Тогда о преступлениях подобного рода предпочитали умалчивать, и все же кое-какие факты в прессу просочились. Маньяка усиленно искали, но так и не нашли. Со временем убийства прекратились, и о «подмосковном маньяке» забыли. С тех пор минуло лет тридцать…

– Ого! – присвистнул Крюков. – Тот маньяк, небось, помер давно!

– Тот помер, – подражая Крюкову, сказал сыщик. – Но когда молодой Плетнев увидел мертвое тело Лейлы, а потом услышал от меня о похожем убийстве Раисы Крюковой, ему вспомнилась дедова история. «Подмосковный маньяк» тоже потрошил трупы и забирал органы. Возможно, он подражал знаменитому предшественнику маньяков Джеку-потрошителю из прошлого века?

В гостиной воцарилась молчание. Только ветер шевелил занавески, да потрескивали дрова в камине.

– Вы хотите сказать… Не может быть! Такого не бывает, – хрипло вымолвил Адамов. – Мертвые не возвращаются.

– Я тоже так думал, – согласно кивнул Всеслав. – И ошибся. Они возвращаются, но иным способом. Непривычным для нас и оттого – нереальным. Мы просто отрицаем саму возможность этого.

Ева смертельно побледнела: она начинала понимать, к чему клонит Смирнов.

– А Кристофер здесь при чем? – онемевшими губами прошептала она.

– Это романтическая и одновременно трагическая часть моего рассказа, – торжественно произнес сыщик. – Кристофер Марло, он же Константин Марченко, актер театра «Неоглобус», придумал… свою смерть! Вернее, он не стал ничего сочинять, а просто взял за основу подлинную загадочную гибель во цвете лет блестящего драматурга и секретного агента королевы Елизаветы, и перенес ее на себя. Здесь кроется следующая подсказка: агент Марло, агент Денис Матвеев, агент…