Книга Смертельный псевдоним, страница 172 – Наталья Солнцева

– Бедный Олег! – прерывисто вздохнула Ева. – Он мстит всему миру за неудавшееся детство, за крах надежд, за невозможность быть счастливым. Разве не виноваты перед ним все окружающие – благополучные и равнодушные, с незапятнанной репутацией? Воображаемый кумир, отец, оказался не просто бабником и пьяницей, а серийным убийцей, маньяком. Теперь и его сына станут считать яблочком от гнилой яблоньки. Заполучить компрометирующие бумаги не удалось, жена предала его, ушла к другому. Женщины продажны и неверны, они воруют души мужчин и лишают их рая! Женщины погубили Вадима Алфеева, его отца. Они хотят погубить и Олега. Разве не стоит им отомстить? За себя, за отца, за всех обманутых мужей и любовников? За тех, кого женщины еще только собираются обмануть? Он взял на себя роль Палача, который приходит и вершит суд. Посеявший грех да пожнет расплату!

– Рязанцев предусмотрел многое, но не все, – сказал сыщик. – Например, он не подумал, что Марченко, которому он наверняка велел держать язык за зубами, покажет «бермудский тупичок» Садыковой, а та – Адамову. Хвала ему за это!

Смирнов вкратце описал, как они с Крюковым нашли в заброшенном подвале спавшую крепким сном Еву.

– Моя роль была пассивной, – серьезно произнес Николай. – Но я очень старался. У меня был шок, когда я увидел вас, Ева, в нелепом платье, да еще прикованной цепью к стене. Мы с трудом выбили железное кольцо, и я увез вас сюда, в свой дом. Дорогой вы ни разу не проснулись. А Всеслав остался ждать Потрошителя. Мы договорились, что я вернусь как можно быстрее.

– Пока Николай ездил в Горелово и обратно, я установил в темнице записывающее устройство, чтобы иметь хоть какие-то доказательства, – продолжал Смирнов. – Но живой свидетель тоже не помешал бы. Около пяти утра вернулся Крюков, и мы договорились, как будем действовать дальше. Он спрячется неподалеку, в темном закоулке подвала, а когда похититель появится и войдет в темницу, закроет дверь снаружи. Я же, переодевшись в костюм Палача, чтобы остаться неузнанным и вырвать у Потрошителя признание, буду ждать его внутри, в полном мраке. Как я и предполагал, Рязанцев утром начал мне звонить с целью назначить время передачи бумаг. Не дождавшись ответа, он пришел в ярость и ринулся в свою подземную нору, сгорая от нетерпения выместить злобу на Еве. Его оторопь взяла, когда он вместо женщины столкнулся в темнице со своим двойником. Это произвело эффект разорвавшейся бомбы! Остальное разыгрывалось по всем законам жанра.

– Я слышал каждое слово, открыв заслонку верхней ниши, – добавил Крюков. – Потрошитель туда ставил свечу. У меня волосы встали дыбом от его откровений! Негодяй производил впечатления безумца, одержимого. Ясно, что он – шизофреник! Мы дали ему выпить изрядную дозу снотворного, и он уснул… подозрительно быстро. Буквально сразу! Как будто просто потерял сознание, отключился. Мы привезли его сюда же, в Горелово.

Кристина вскрикнула. Ева побледнела. Смирнов сел рядом и обнял ее.

– Я не хотел тебе говорить, – прошептал он.

– Где он? – прогремел Адамов, вскакивая с дивана. – Покажите мне его! Немедленно!

– Он в подвале, – нервно хихикнул Николай. – Жертва и палач поменялись местами. Я заглядывал к нему два раза. Он выглядит и ведет себя как-то странно. Как парализованный. Я его связал на всякий случай.