Онлайн книга «Смертельный псевдоним»
|
Анфиса Карповна смахнула краем фартука слезы, бросилась наливать кисель, накладывать на тарелку горячие пирожки. – Как папа? – спросила Ася, усаживаясь. – Получше. Кристина уехала по магазинам, а он спит. В детской раздался приглушенный звонок телефона. Ася встала. – Я возьму еду к себе в комнату, – сказала она. – Кто-то звонит. – Кавалер твой, кто же еще? – добродушно улыбнулась Анфиса. – Иди, иди с богом. Домработница ошиблась. Звонил не Игорь, а Всеслав Смирнов. – Ася? – осторожно спросил он, услышав в трубке голос девочки. – Ты одна? – В комнате – да, говорите. Кристина уехала, Анфиса на кухне, а папа спит. – Хорошо. У меня к тебе один вопрос, только не удивляйся. И как следует подумай, прежде чем отвечать. Ася поставила чашку с киселем на стол. От нее шел пар с запахом ванили. – Я не буду удивляться, – послушно сказала девочка. – Ты не сможешь припомнить: третьего марта твой папа был дома? У Аси на столе стоял перекидной календарь, где она делала свои отметки. Ей не надо было напрягаться – третье марта было обведено простым карандашом, а внизу стояли две буковки «к»: большая и маленькая. Это означало, что папа уехал в командировку, а Кристина куда-то ночью уходила. Так Ася и сказала сыщику. * * * Еве не спалось. Она ворочалась с боку на бок, поправляла подушку. В голове роились тревожные мысли. Самой невыносимой было осознание непоправимости смерти молодого, здорового, талантливого человека. Невольно вспоминалось посещение костюмерной театра, где она надевала королевское платье, и то ощущение себя в совершенно ином времени, близость красивого, галантного поклонника… Тогда между ней и Кристофером… Костей – ничего не было, кроме странного, даже не любовного, а душевного, сердечного единения, пронизанного витающим в воздухе прошлым, его волнующими отголосками. Ведь и под сумрачными сводами лондонских замков, и в московских квартирах, и на берегах Темзы, и на набережной Москвы-реки – везде есть место для встреч: роковых или романтических, коварных и зловещих или страстных, тайных. И под парчовыми корсажами, и под бархатными камзолами, и под простыми пиджаками и платьями во все времена рождались и умирали чувства… Ева встрепенулась, отгоняя видение: она в роскошном наряде английской королевы и молодой актер в костюме придворного. Как же случилось, что он погиб? В памяти всплыл последний разговор с Крисом. – На третий день после его смерти я должна прийти в тот тупичок, – прошептала Ева, замирая от ужаса. – И его дух назовет мне имя убийцы. Если я не приду, зло так и останется безнаказанным! Она занялась подсчетом. Судя по всему, у нее в запасе еще один день – завтрашний. А послезавтра призрак Кости Марченко будет ждать ее в тупичке.Тень отца Гамлета! – Боже! Какая чепуха… Я что, приняла его болтовню всерьез? – спросила она себя. – Выходит, так. Мысли закружились быстрее. Каким образом случившееся в деревушке под Лондоном четыре века назад могло повториться сейчас в Москве? Зачем Кристофер пошел в бар, если предвидел свою смерть? Неужели, на актеров так повлияла будущая премьера, что они слепо разыграли ситуацию не на сцене, а в жизни? Такое вообще-то бывает? Она закрыла глаза и начала вспоминать разговор с Гиви и Сашей. Оба наотрез отрицали свою причастность к убийству приятеля. Они, дескать, сами не могут оправиться от шока – вот, пьют водку, чтобы снять стресс. День прошел как обычно, ничего не предвещало трагедии. После вечерней репетиции отправились в бар – посидеть, отдохнуть, пивка попить с рыбкой. Беседовали, смеялись, а потом на Костю что-то нашло: он раскричался, заявил, что платить не будет, наговорил грубостей, сорвался и выбежал вон. |