Книга Обольстить Минотавра, страница 160 – Наталья Солнцева

Владимир встретил Феодору в аэропорту, жарко поцеловал, ни о чем не спрашивал. Казалось, он был счастлив снова ее видеть. Всю дорогу муж рассыпался в любезностях, вспоминал их романтическое знакомство, запах и цвет Средиземного моря, тропические пальмы, виноградники на склонах гор, живописные гавани, таверны, где подают молодое вино и мидии, жаренные в оливковом масле. Он словно почувствовал, что супруга может ускользнуть от него, и пытался удержать ее всеми доступными ему средствами.

– Давай отметим годовщину нашей встречи, – предложил он. – Ты скучаешь в Рябинках. Я хочу устроить для тебя маленький семейный праздник, полный изысканных сюрпризов.

Чтобы раньше времени не возбуждать его подозрений, Феодора согласилась. Петр Данилович не посвятил ее в подробности своего плана улаживания ситуации – когда и что он собирается говорить Владимиру, да она и не стремилась это знать. Пусть отец и сын разбираются между собой.

Феодора еще не успела осознать, какой перелом произошел в ее судьбе. Человек, которому она, как ни ужасно признавать это, желала смерти, вдруг стал ей дороже всего. Уже и богатство не казалось столь привлекательным, если рядом не будет Петра Даниловича. Деньги ради денег – такая перспектива перестала манить Феодору. Она начинала постигать нечто неизмеримо более важное: силу искренних, нерастраченных чувств.

Не испытав любви в юности, Феодора надеялась обрести ее в молодые годы – увы, напрасно. Флирт и сексуальные игры приелись, а любовь так и не пришла. Не осенила она своим благословенным крылом и замужество, на что Феодора втайне надеялась. Присказка «Стерпится – слюбится» не оправдалась. И вот – впервые в жизни очерствевшая душа увядающей хищницы отозвалась робким трепетом на мощный любовный призыв. Зрелый, опытный, мудрый и знающий себе цену мужчина предложил ей не только руку, но и сердце – без всяких интриг и ухищрений с ее стороны. Это оказалось так ново, так волнующе! Словно весна, ворвавшаяся в суровый февраль и растопившая залежалые снега и льды. Любовь, как звезда на небесах обетованных, взошла над Феодорой, озаряя ее святым своим, немеркнущим светом.

Предложение Владимира отпраздновать годовщину знакомства оставило ее равнодушной, даже вызвало легкую досаду. Отмечать-то уже нечего, поздно спохватился муженек.

В Рябинках их встретила Матильда. Охранник приболел, Илья попросил две недели отпуска, поэтому Владимир привез жену сам, сел ради такого случая за руль.

В доме все блестело, в вазах стояли любимые Владимиром крокусы и розы для Феодоры. Домработница хлопотала на кухне, готовила праздничный ужин.

– Будут твои любимые креветки и форель под белым соусом, – сказал Владимир. – Если хочешь, ляг, отдохни с дороги. Летать так утомительно! Мне еще предстоит одна поездка.

– Куда? – из вежливости спросила Феодора.

– Секрет, – с видом заговорщика улыбнулся муж. – Сегодня – день сюрпризов, дорогая. Разве ты забыла?

На самом деле ей это было совсем неинтересно, хотелось поскорее уединиться и вспоминать, вспоминать восхитительный вечер, проведенный с Петром Даниловичем, его слова, выражение лица, ласковые прикосновения. «Неужели я любима, – задавала она себе тревожный и сладкий вопрос. – Неужели я способна любить? Да… да!»

Феодора отправилась в ванную, приняла душ, вымыла голову. Высушила и уложила волосы, с непривычным ощущением: она не одинока в этом мире, она желанна и дорога, она женщина удивительного, потрясающего человека – Петра Корнеева. Могла ли она мечтать? Могла ли она подумать?