Книга Обольстить Минотавра, страница 57 – Наталья Солнцева

– И что же дальше? Сбылось предсказание?

– Как вам сказать, – вздохнул Петр Данилович. – Касательно денег – целиком и полностью. Кстати, на следующий день сели мы с товарищем на фуникулер, и по дороге наверх что-то в нем заклинило. Ветер сорвался, раскачивает канат, таким он сразу показался тонким, ненадежным. Потом снег повалил, мы тогда все молитвы, какие знали, бормотали. У товарища от страха сердечный приступ приключился, а помочь ему было нечем – ни лекарств, ни слов ободряющих у меня не нашлось. Да и какие слова? От холода зуб на зуб не попадает. В общем, когда явились спасатели, он уже умер… Я в это верить не хотел – мы молодые были, здоровые, спортом увлекались. Какое там сердце?! Я отделался тяжелой простудой. Вечером пришла та девушка проведать меня. Тут язык-то я и прикусил, не до шуток мне стало. Она посидела в палате, повздыхала, велела каждый год этот день отмечать как особенный, и обязательно с женщиной. «Почему именно с женщиной?» – спрашиваю. «Потом поймешь», – ответила.

– Длань Господня над вами простерта, – пошутила Феодора.

– Выходит, так. Когда мы уезжали, я ту черноглазую девушку отыскал, попрощался с ней. Она долго на меня смотрела. «Странная у тебя судьба, – сказала печально. – Не могу понять, что вижу, руку смерти или руку любви? Как будто они обе к тебе тянутся. Ладно, прощай, не поминай лихом». Вот какие слова она сказала.

Феодоре стало неуютно. Она вспомнила свое желание отделаться от свекра, как мечтала, чтобы сразил его скорый и неизлечимый недуг. Может, это ее имела в виду та девушка, когда предупреждала его о руке смерти?

– Я согласна! – выпалила невестка, заглушая нахлынувшее волнение. – Давайте выпьем вместе за ваше здоровье и долгую жизнь.

– Тогда завтра к трем пополудни приезжайте в Москву, к бывшему Симонову монастырю. Знаете, где это?

– Найду.

Ни Петр Данилович, ни Феодора ни словом не обмолвились о Владимире. Само собой подразумевалось, что он не должен знать об их встрече. Оба, не сговариваясь, решили молчать.

«Присмотрюсь, каков он, – подумала Феодора после того, как положила трубку. – Попробую нащупать его слабые места. Они есть у каждого человека. Даже у неуязвимого Ахиллеса нашлось роковое местечко, куда смерть нанесла свой неотвратимый удар».

Мысль о том, что она станет полновластной хозяйкой огромного состояния, впервые не принесла Феодоре радости. Неизвестно, как поведет себя Владимир. Может, и от него потребуется избавиться? Развод был бы неплохим вариантом, если она получит значительную часть наследства. А вообще, зачем ей столько денег? Что она будет с ними делать?

Феодора прошла в библиотеку: ее интересовало имя Петр. Древнегреческое слово «петра» означало скала, утес, каменная глыба.

– Хорошенькое дельце! – пробормотала госпожа Корнеева. – Намек ясен. Нашла коса на камень.

Москва. Октябрь

– «По велению великого князя Ивана Васильевича Петр Фрязин построил две отводные стрельницы, или тайники, и многие палаты и пути к оным с перемычками по подземелью, на основаниях каменных водные течи, аки реки, текущие через весь Кремль, город осадного ради сидения», – процитировала Люся Уварова. И добавила: – Крешкина летопись.

– Что-что? – не понял Смирнов.

Люся сидела на переднем сиденье его автомобиля, они как раз подъезжали к территории завода «Динамо».