Книга Зверь, страница 20 – Кармен Мола

– Я думаю, мама умерла. – Клара прижала ухо к груди матери, потрогала ее щеки, коснулась губ, чтобы уловить дыхание, а потом взяла ее руки в свои.

– Запах еды оживит ее. Вот увидишь.

Лусия помешала рагу, втянула носом аромат. Поднимавшийся от горшка пар словно растопил ее сердце, и по щекам побежали два ручейка. Она смахнула их тыльной стороной ладони. Нельзя, чтобы сестра видела ее слезы, нужно быть сильной. Но Клара и не могла ее видеть: она лежала съежившись, положив голову на плечо матери, вжавшись в нее, – прощалась.

– Говорят, запах вкусной еды помогает умершим вознестись на небо. – Лусия справилась со слезами, и ее голос прозвучал твердо.

– Кто говорит?

– Малявка Рамон.

– Он-то откуда знает?

– Он знает. Цыгане много знают про смерть. Душа не выходит из тела, если вокруг воняет какой-нибудь дрянью или крысами. А если запах хороший, то выходит.

Клара несколько секунд молчала; слышно было только, как трещит огонь и булькает бульон. Девочка словно обдумывала услышанное. Наконец она села и взглянула на сестру сквозь дрожащую пелену пара. Ей показалось, что в глазах Лусии она заметила влажный блеск.

– Тогда давай подвинем ее поближе к очагу.

Подняв тело матери под мышки, они подтянули его ближе к еде, усадили ее, как тряпичную куклу, поддерживая с обеих сторон. Лусия приподняла ей голову, чтобы вкусный аромат быстрее достигал ноздрей. Украдкой она следила за выражением лица сестры.

– Лусия, а куда девается душа, когда выходит из тела?

– Летит на небо и превращается в птицу. Вот и мама превратится в яркую птицу, крошечную, но такую красивую, что все, кто увидит ее полет, повалятся наземь от изумления. Она всегда будет летать над нами, но мы не сможем ее увидеть, потому что нас будет слепить солнце. Но она будет тут. Будет порхать на своих маленьких крылышках.

Клара улыбнулась и выглянула из пещеры, чтобы посмотреть на небо, на узоры облаков, к которым возносились запах рагу и душа Кандиды, готовая превратиться в яркую птичку. Лусия знала, что ей удалось немного унять боль Клары, но также она знала, что завтра наступит новый день. Горе со временем утихнет, но не голод. Пятнадцать реалов уйдут на оплату клочка песчаной почвы на Сан-Николас, ближайшем к Пеньюэласу кладбище. А на что они будут жить потом?

Когда-то давно фантасмагорией называли искусство вступать в контакт с мертвецами. Постепенно этим словом стали называть страшные зрелища с использованием волшебного фонаря. На театральный задник проецировались жуткие изображения скелетов, демонов и привидений. Но настоящий расцвет жанра фантасмагории наступил, когда подобные представления стали достаточно интригующими и романтичными, чтобы прийтись по вкусу дамам. Фантасмагорические представления стали популярны в Мадриде в эпоху французского господства; чтобы посмотреть на призрачные картины, зрители собирались в театрах на улицах Виктория и Фуэнкарраль. Однако представления давали в темноте, это вызвало недовольство Церкви, и они прекратились. После того как Трибунал инквизиции был упразднен, мадридцы почувствовали себя свободнее и фантасмагории успешно возобновились на улице Кабальеро-де-Грасиа. Возможно, теперь им опять грозило закрытие (и не только им), но уже по причине холеры.

Мадридский театр фантасмагорий обзавелся собакой, снискавшей у зрителей чрезвычайную популярность. Она умела отвечать на простые вопросы, кивая, если ответ был положительный, и колотя хвостом по сцене, если отрицательный. Америку открыл Колумб? Земля круглая? Но гвоздем программы была та часть, когда на сцену выходили добровольцы, готовые выслушать предсказания собаки об их судьбе: «Вступлю ли я в этом году в брак? Преуспею ли в делах?» С момента открытия театра Доносо Гуаль стал его рьяным поклонником и редкий вечер проводил вне его стен. На сей раз Доносо появился здесь в компании Диего Руиса, который использовал такие встречи, чтобы получить от бывшего полицейского информацию.