Книга Седьмой пациент, страница 27 – Микито Тинэн

– Нет! – раздался звонкий голос. Открыв глаза, Сюго с изумлением уставился на стоявшую рядом Манами – та после своего окрика продолжала гневно смотреть на клоуна.

– Чего? – рявкнул тот, оборачиваясь, но не отнимая револьвера от головы Тадокоро. Манами, побелев, задрожала, но не отступила.

– Я не знаю, в чем дело… Одно понимаю: вы не должны стрелять! Пожалуйста, остановитесь! – срывающимся голосом проговорила она.

– Не знаешь, в чем дело, вот и помалкивай! Тебя это не касается, – угрожающе прорычал клоун. Впрочем, он, казалось, уже начал успокаиваться.

– Вы же сами говорили: мол, не хотите убивать, потому что за это смертная казнь полагается! Вот и не убивайте. Никого не убивайте. Требуйте чего угодно… – продолжала бледная как смерть Манами. Клоун, по-прежнему готовый выстрелить, не мигая смотрел на нее.

Напряжение становилось невыносимым. Зрение помутилось и отказывалось воспринимать перспективу: Сюго казалось, будто перекошенная ухмылка клоунской маски приблизилась вплотную.

В конце концов преступник громко прицокнул языком и опустил револьвер. Атмосфера изменилась мгновенно – словно ослабла натянутая струна. Сюго наконец перевел дух, а Тадокоро осел на пол, как тряпичная кукла.

Снова цокнув языком, клоун подхватил сумку с деньгами, прошагал к выходу и исчез за дверью.

– Сэнсэй! – Не успел преступник скрыться из виду, как Хигасино бросилась к рухнувшему Тадокоро. За ней поспешила и Сасаки.

– Слава богу… – пролепетала Манами, дрожа всем телом, и Сюго поддержал ее за плечи, не давая упасть.

– Вам плохо?

– Нет, все нормально. Просто… выдохлась. Извините, мне так неловко, – слабо улыбнулась она.

– Ну что вы! Я вами восхищаюсь, – сказал Сюго совершенно искренне. Сам он в опасный момент впал в ступор, а Манами, которая всего несколько часов назад испытала ужас и боль ранения, не растерялась и предотвратила новое несчастье. Похоже, в этой хрупкой девушке таилась поразительная внутренняя стойкость.

– Сэнсэй! Сэнсэй!

Сюго, по-прежнему поддерживая Манами за плечи, обернулся на крики Хигасино. Главврач – видимо, от пережитого шока – распростерся на полу, обмякнув, словно медуза.

– Манами-сан и Тадокоро-сэнсэю нужно отдохнуть и успокоиться. Есть где-нибудь свободные койки? – спросил Сюго у медсестер, растерянно склонившихся над своим начальником. Те переглянулись и тихо зашептались.

– Только в приемном покое на первом этаже. Но там преступник… На третьем и четвертом в сестринских есть диваны, – пожала пышными плечами Хигасино.

– Давайте тогда на второй. Уложим их на кровати для диализа.

Сюго не хотелось спускаться ближе к первому этажу, где хозяйничал клоун, – но тот, как они имели шанс убедиться, свободно передвигался по больнице, так что, если подумать, особой разницы не было.

Немного поколебавшись, Хигасино согласно кивнула, и вместе с Сасаки они помогли встать едва державшемуся на ногах Тадокоро.

– Идти сможете? – мягко спросил Сюго, обращаясь к Манами.

– Да… Только можно вам на плечо опереться? – смущенно проговорила та.

3

Сюго потер кончик носа. Он сидел на складном металлическом стуле рядом с кроватью, где вытянулась Манами; метрах в пятнадцати от них расположился Тадокоро, вокруг которого с тревожными лицами хлопотали обе медсестры. Пронаблюдав, как те с трудом помогают крупному главврачу спуститься по ступенькам и укладывают его на ближайшую к лестнице постель, сам Сюго вместе с Манами счел за лучшее отойти подальше, вглубь диализного отделения.