Книга Пурпурная сеть, страница 23 – Кармен Мола

— Когда исчезли девочки?

— Десять месяцев назад. Но вы не думайте, они не сбежали. Их кто-то выкрал.

— Почему ты в этом уверена?

— Я была в том приюте, я много раз навещала Аурору в Сан-Лоренсо. Это настоящий концлагерь. Такой, знаешь, как у нацистов. А начальник этой тюряги — Игнасио Вильякампа.

— Политик Игнасио Вильякампа?

— Этот тип меня со свету сживает, потому что я не дала ему попользоваться Ауророй и Айшей, — кивнула Мар Сепульведа. — Я помогла им вернуться домой. И отвезла эту девочку в больницу, чтобы ее полечили, у нее было плохо с сердцем.

— Ты забрала Айшу из приюта, чтобы отвезти в больницу?

— У бедняжки был инфаркт, но никто ничего не говорил. Они собирались кормить ее какими-то таблетками. Я послала их куда подальше и забрала обеих девчонок, чтобы Айшу осмотрел врач. С тех пор меня в приюте ненавидят.

— Как ты думаешь, кто мог похитить твою дочь?

— Конечно, Игнасио Вильякампа! Он много раз пытался меня убить, в последний раз приказал заминировать машину. Слава богу, полиция успела ее обезвредить. Говорили, что тут замешана «Аль-Каида», но все это брехня, бомбу заложили там, где я бываю каждый день. Тогда мне повезло, в следующий раз вряд ли обойдется.

Бланко и Сарате снова переглянулись. Мар начинала бредить, ее глаза забегали. Она уже не могла зафиксировать взгляд ни на чем, а тем более — ни на ком из собеседников. Он постоянно блуждал по сторонам.

— Вы должны арестовать Игнасио Вильякампу и Росио Нарваес, директоршу гостиницы, в которой я работала, потому что по ее милости меня оттуда выперли, а еще Росендо Самору. Они украли мою дочь и ее подругу.

— Росендо Самору? Министра?

— Конечно, он не такой говнюк, как Вильякампа, но я уверена, что он у них за главного.

— Мы все это проверим, — пообещала Элена, пытаясь вернуть собеседницу в реальность. — У тебя есть фотографии дочери?

— Да, сейчас увидите, какая она у меня красавица.

Мар вышла из комнаты и вернулась с фотографией. На ней она была изображена с младенцем на руках. Фотография была выцветшей и надорванной.

— Есть только эта.

— Эта нам не поможет, — попытался объяснить Сарате. — Нам нужен снимок, на котором видно ее лицо. И на котором твоя дочь постарше, в том возрасте, что и сейчас, а не в младенчестве.

— У меня все фотокарточки украли. Осталась только эта, потому что я всегда ношу ее в кармане.

— Кто украл у тебя фотографии?

— Да разве я вам не сказала? Игнасио Вильякампа! Если вы его не арестуете, он убьет меня.

— Мы этого не допустим, — попыталась успокоить ее Элена. — Мар, попробуй, пожалуйста, вспомнить, была ли у Айши семья.

— У этой девочки были только я и моя дочь. Забудьте про нее и ищите мою дочь. Вы должны найти Аурору, пока ее не убили.

Когда Элена и Анхель вернулись к машине, местные парни были на месте и ждали второй половины купюры. Сарате отдал им обрывок, похвалив за работу.

— Симпатичная у тебя машинка. Тут человек десять успели с ней сфотографироваться.

Элена протянула мальчишке еще одну купюру в двадцать евро.

— Интересно, на что вы потратите деньги?

— На жестянки, конечно. Мы ничего плохого не употребляем.

Сидя в машине с заведенным двигателем, Элена посмотрела на подростков в зеркало заднего вида. Они перешучивались, довольные неожиданным заработком. Элена улыбнулась.

— Сто лет не видел твоей улыбки, — тихо сказал Сарате.