Книга Молчание матерей, страница 79 – Кармен Мола

Сарате прошел в темную комнату, заваленную коробками с расходниками и бумагами. У стены стояла вывеска «Колготки „Шелк“», очевидно оставшаяся от прежнего заведения. В углу, у окошка, сквозь которое в кладовку проникал слабый свет, на кресле, похоже принесенном с помойки, сидела Иоланда: рукав блузки закатан, предплечье стянуто резинкой, в руке шприц.

– А вот это подождет.

– Нет, не надо, оставь меня в покое!

Заглянув в комнату, Элена увидела поистине дантовскую сцену: Иоланду трясло, на ее изможденном лице отражалась крайняя усталость, она уворачивалась от Сарате, который пытался отнять у нее шприц.

– Бросить так трудно… Я отложила немного денег, ну пожалуйста… – умоляла она. Сарате наконец удалось обездвижить девушку.

– Мы не станем ничего у тебя забирать, но ширяться будешь, когда мы уйдем.

Он отложил шприц и аккуратно снял с ее предплечья резинку. В надежде завоевать расположение Иоланды Элена сказала, что они ищут убийцу ее брата.

– Блас не был плохим человеком, – всхлипнула Иоланда.

– Твой брат был подонком и убийцей. – Сарате не собирался слушать милую беседу; ему не нравилось, как Элена повела разговор.

– Мой брат, как и я, вырос в Венторро-де-ла-Пуньяла. Если бы ты был оттуда родом, то знал бы: чтобы выйти в люди, там надо быть таким, как Блас. По молодости он много чего натворил, потому его и посадили. Но потом исправился, нашел приличную работу.

– Охранника в Black Cat. Начальник был им недоволен. И тобой тоже.

– Начальник этот – та еще мразь. Бласу все время приходилось за ним следить, потому что у него было одно на уме: как бы меня трахнуть. А брат о нас заботился, понял? Хотел, чтобы я слезла с героина, матери обеспечил спокойную жизнь. Откуда, думаешь, у нее деньги на этот салон? От моего брата. Причем деньги немалые: мы это помещение не снимаем, оно наше.

Элена предоставила ведение допроса Сарате. Она не хотела вступать в спор и давать Анхелю повод для конфликта, хотя он только этого и ждал.

– Откуда он взял деньги?

– У него были свои дела…

– Иоланда… Он не говорил, что эти дела связаны с деревней в Сории?

– На фига моему брату Сория? – Иоланда задрала подбородок и нахмурилась, но, увидев, как Сарате поигрывает шприцем, собираясь опустошить его, мгновенно смягчилась. – Эй, поосторожнее.

– Так откуда у него деньги?

– Во второй раз его посадили ни за что. Он ничего плохого не сделал, просто заключил сделку с судьей.

– Какую еще сделку?

– Ну, как обычно с судьями договариваются… Что ты все расскажешь и заложишь других, а тебя за это отпустят. Его тогда поймали с наркотиками.

– Ясно. Значит, его задержали во время облавы и предложили отпустить, если он раскроет сеть наркоторговцев. Верно?

– Ага. Но стукачу жить недолго, поэтому его тоже посадили. Чтобы никто не догадался, что это он всех заложил.

– Как звали судью, который предложил ему эту сделку? – вмешалась в разговор Элена.

– Его по телику часто показывают, Берналь или что-то в этом роде…

– Игнасио Бельтран из Национальной судебной коллегии? – догадалась Элена.

– Мне откуда знать? Лысый очкарик. Верните мою дозу.

Сарате отдал ей шприц, и уже через несколько секунд Иоланда приготовилась вколоть себе героин.

– Я согласился встретиться с вами без предварительной договоренности только потому, что меня попросил об этом комиссар Рентеро.