Книга Порочный. Скандальный роман, страница 14 – Айрин Лакс

Совесть и разум против, но их голос перекрывает тот самый, что прикрывается благородным порывом спасения, и я лицемерно ему поддаюсь. Предлог-то… весомый.

Поэтому я присаживаюсь поближе, к самому краю и тянусь к ножкам Авроры. Она замирает и удивленно, но тихонечко ахает, когда я беру левую ножку и просто накрываю двумя ладонями.

— Вы… вы что? Чего?

— Сделаю согревающий массаж. Разотру, — обещаю нейтрально.

Но в голосе прорезается хрипотца, и зверь на дыбы… На дыбы и следом манит наклониться, приникнуть к ноге, обнюхать… Лизнуть.

Крыша тихо шуршит, съезжая.

Если еще и представить, как она мой елдак ножкой разминает, можно и в трусы спустить преждевременно или… быть непременно остуженным, ведь ноги — точно ледышки.

Сосульки.

Я бы их с удовольствием…

Стоп. Дрожь приходится сдерживать.

Поначалу я просто перемещаю ладони по ступне, согревая. Ощутив, как от тепла моих рук лед тронулся, начинаю разминать пальцами.

Аккуратно, неторопливо, проходясь во всем участкам.

— Спасибо. Но это… лишнее?

Взгляд Рори становится дымчатым. Она тянет ножку на себя, я не отпускаю. Выпустить из рук объект сексуальных фантазий, когда едва приступил? Вот еще!

— Все в порядке. Это всего лишь первая помощь при переохлаждении, —пауза. Добавляю с усмешкой. — И не свисти, что недолго стояла. Промерзла насквозь.

— Первая помощь?

— Да. Любому бы помог так же.

Но вряд ли с такой же охотой.

— Сейчас пойду глубже…

Прозвучало как-то… кхм… двусмысленно. Мне кажется, или дыхание Рори сбилось немного.

— Буду глубже прорабатывать. Настойчивее. Тебе может стать немного неприятно, появится покалывание и сильный жар. Ощущение, словно под кожей иголки. Нужно потерпеть. Потерпишь?

— П-п-постараюсь, — шепчет Рори, не сводя взгляда с моих пальцев.

Стопы — одна из самых чувствительных зон. А сколько здесь точек… На миг шальная мысль возникает, вдруг ножки — ее самая чувствительная зона, эрогенная…

О, не стоило бы так думать. Однако мыслями уже уносит! Ведь если ее эрогенную зону помножить на мою самую возбудимую слабость, будет взрыв… И я бы охотно прижался. Сложил две ступни лодочкой и трахнул бы, обильно залив спермой.

С губ Авроры срывается приглушенный стон с выдохом.

И хоть стон — немного болезненный, но стон… Моя фантазия на полную катушку работает.

У меня по спине потек пот и по груди тоже заструился.

Ступня Авроры в моих ладонях дергается, оживая. Удерживаю, поглаживая.

— Действительно, колет! — вспыхивает, опускает взгляд ниже. — Как будто там лед трескается.

— Значит, помогает. Так и надо. Потерпи. Потерпишь?

Аврора немного шевелит пальчиками, разгоняя свою кровь и мою лютую похоть. Соблазн игриво покусать эти пальчики — велик. Держусь лишь чудом.

— Да, потерплю, — опускает веки, зажмуриваясь.

Прячет эмоции? А я бы хотел смотреть в ее глазки, наблюдая, как взгляд меняется, как из него пропадает настороженность и появляется…

Воу-воу, притормозить бы не помешало, дымлю!

Завершаю массаж проработкой пальчиков, погладив каждый из них, еще раз пройдясь пальцами по мягкой стопе.

— Спасибо! — блестит взглядом из-под ресниц Аврора.

С трудом разжимаю пальцы, она опускает одну ногу и протягивает мне вторую.

Ай бала, что вытворяет!

Сама же в руки мои… Шельма… Заводит!

— Пей, — бросаю коротко. — Напиток уже остыл. Только помешай немного.