Онлайн книга «Холодные близнецы»
|
Эндрю Уокер разглагольствовал лекторским тоном: просто заправский профессор, снизошедший до, мягко говоря, туповатых студентов. Завещатель. Умершая. Наследник. Дети, находящиеся в живых. Мой муж Энгус вздохнул с еле сдерживаемым нетерпением. Мне знакомы эти вздохи, означающие, что муж устал и вряд ли доволен. Я его вполне понимала, но сочувствовала и юристу. Нелегкая досталась Уокеру задача – сердитый муж, готовый броситься на него с кулаками, размазанная давним горем жена плюс запутанный случай с завещанием. Здесь нужно быть ловкачом. И его манера говорить медленно, тщательно взвешивая каждое слово, – это лишь способ дистанцироваться. А работает он аккуратно – настоящий сапер на минном поле. А может, у юристов своя терминология, как у врачей? Вроде таких, к примеру, заумных фраз: «Дуоденальные гематомы и серозные отнятия, ведущие к фатальному младенческому перитониту». Мои размышления прервал резкий возглас: – Мы давно все обдумали! Энгус успел выпить, что ли? Уж больно голос раздраженный, вот-вот сорвется. После того несчастного случая Энгус постоянно сердился. И разумеется, сильно пил. Но сегодня он более-менее уравновешенный, так что, пожалуй, трезвый. – Мы бы хотели закончить возню с бумагами до холодов. Вы в курсе? – Мистер Муркрофт, я вынужден повторить, что Питер Кенвуд в отпуске. Если хотите, мы можем позже договориться о встрече… Энгус возразил: – Нет. Мы хотим покончить с этим прямо сейчас. – Тогда я должен снова просмотреть документы на предмет возможных проблем. Ведь вам не нужна волокита, верно?.. А Питер Кенвуд… он… чувствует… Я видела, что солиситор колеблется и еще старательнее выбирает выражения, однако следующая фраза получилась натянутой: – Итак, мистер Муркрофт, Питер считает себя не просто адвокатом, а добрым другом семьи. Ему известны обстоятельства данного дела, кроме того, он был знаком с покойной миссис Кэрнан – вашей бабушкой. Именно поэтому он просил меня удостовериться в том, что вы оба действительно хорошо информированы. – Мы сами за себя отвечаем. – Конечно. Но я бы упомянул, что на острове, в принципе, особо не разгуляешься. О комфорте вам придется забыть, – Уокер вздохнул и потупился, будто в этом была виновата его юридическая контора и он хотел избежать потенциальной тяжбы. – Боюсь, что домик смотрителя маяка сейчас не в лучшем состоянии – там много лет никто не жил, да и ремонта там не было. Но здесь написано, что вы вольны его снести и возвести новую постройку. – Ага. В детстве я частенько бывал на острове. Игрался в приливных озерцах. – Но, мистер Муркрофт, имеете ли вы представление о реальных условиях выживания на Гебридах? Подобный переезд – весьма рискованный шаг. В связи с наличием приливных заиленных участков территория является труднодоступной, помимо прочего существуют сложности с водоснабжением, отоплением, электричеством, и самое главное – в завещании не упомянуты деньги на… – Представление полное, полнее некуда. Возникла пауза. Уокер посмотрел на меня, потом опять на Энгуса: – Вы продаете свой дом в Лондоне? Энгус уставился на Уокера. – Что, простите? А какое это имеет отношение к нашему делу? Солиситор поджал губы. – Питер беспокоился в связи… э… с постигшей вас тяжкой утратой… он очень тревожился и… Энгус покосился на меня, я нерешительно пожала плечами. Энгус наклонился вперед. |