Книга Другой Холмс, или Великий сыщик глазами очевидцев. Начало, страница 61 – Евгений Бочковский

– Рассказывайте, что у вас.

Сержант начал с объявления. Выяснилась любопытная подробность, на которую не указал первый свидетель. Точно до часа установить время, когда объявление было сорвано, не удалось. Его исчезновение заметили утром в субботу, то есть вчера. Но совершенно однозначно несколько свидетелей показали, что перед тем дата открытия кассы в объявлении была изменена. Седьмое августа, которое первоначально указал Уилсон, было исправлено чернилами на двенадцатое.

– Когда это было сделано? Изменение в тексте.

– Мнения разделились. Большинство склоняются, что в четверг. То есть шестого.

– Понятно. Мерриуэзер в последний раз наблюдал свое золото вечером в пятницу, незадолго до закрытия. Значит, в четверг они еще были вовсю заняты рытьем. Чтобы наутро нуждающиеся не забарабанили в дверь, отпуск Уилсону продлили на четыре дня.

– Но управились до девятого.

– Правильно. Но в четверг, думаю, им еще самим было неясно, сколько осталось работы, вот и указали с запасом, чтоб не отвлекали. Сорвали же непосредственно перед отъездом, когда уже провернули дело – скорее всего, ночью. Думаю, ради Уилсона, так сказать с гуманной целью. Кстати, об Уилсоне. Что-нибудь собрали о его привычках?

– Он никогда никуда не убывал. Ни дня, говорят, не было, чтобы он отсутствовал. Пока не нашел эту работу, но и тогда касса не закрывалась.

– То-то и оно. Странно, что никто ничего не заподозрил, когда она закрылась.

– Я тоже так подумал, сэр. Но этому нашлось объяснение. Девчонка была там.

– О которой говорил Уилсон? Там – то есть в доме?

– Да. Некоторые ее видели, а кое с кем она перебросилась парой фраз. Сказала, что хозяин уехал в Йорк. Все и проглотили.

– Надо будет уточнить, говорил ли Уилсон Сполдингу, куда уезжает. Кстати, как ее зовут?

– Салли Бэнкс.

– Если мы собрались ее искать, надо бы хоть что-нибудь о ней узнать. Есть хоть кто-то на примете?

– Все в округе говорят: девчонка необщительная – слова не вытянешь. Но одна женщина ее неплохо знала. Я подумал, вам бы надо с ней самому поговорить.

– Сейчас же едем к ней.

– Насчет экипажа, сэр. Стук колес слышали ночью с пятницы на субботу. Это, правда, не слишком надежно, но мы опросили всех, кого застали. Никто из жителей кэбом в ту ночь не пользовался. Плохо, что сам экипаж никто не видел, за этим ли он приезжал, не ясно.

– Не сомневайтесь, за этим, – отозвался я, мигом помрачнев. – Выходит, не сегодня, а вчера, значит, у них преимущество в сутки. И исчезновение объявления, вы сказали, заметили…

– В субботу, – кивнул сержант с сочувствием младшего товарища. – Вы правы, сэр. Всё сходится.

– Посторонних возле кассы в эти дни видели? Особо интересует, впускали ли кого, когда на двери висело объявление.

– Разное говорят. Сказать по правде, сэр, показания на сей счет ненадежны. Я знал, к чему вы клоните, и чуточку подсказывал, пытался навести на приметы Росса, но тогда не учитывал, что он, как вы считаете, использовал парик…

– А вы, Пратт, так не считаете?

– Время покажет, сэр, – дипломатично отозвался сержант. – Думаю, Росс заходил с заднего двора.

– Но вы не учитываете, что до среды касса работала в отсутствие Уилсона целых два месяца. Клей рыл подкоп. Девочка уходила на приработки. Спрашивается, кто впускал и обслуживал клиентов Уилсона?