Онлайн книга «Грани безумия»
|
– Ясно. Установили, где была заложена взрывчатка? – В рюкзаке девочки. Катя вышла незадолго до взрыва. Двери заблокировали удаленно, окна бронированные, у них не было шансов выбраться. Афанасьев закрыл глаза. Он не хотел верить. Не хотел, чтобы все это было правдой, упрямо отрицая факт, опровержения которому не было. – Что же, значит, Макаров нашел способ… – почти безумно произнес он. – Роман Михайлович, не хотел вам этого говорить, но тело Григория нашли… Труп сильно обгорел, опознание было невозможно, личность установили по ДНК. Вчера была служба, его похоронили рядом с женой и дочерью, почти весь отдел был. Сестра Алены оформила опеку на Егора, повезло, что мальчика не было с ними. – Это не он, – прорычал товарищ подполковник. – Не Макаров. Экспертизу можно подделать. Ты видел тело? – Роман Михайлович… – Это не он. Он не мог просто взять и умереть! Он не оставил бы это дело… – Нет никакого дела, Роман Михайлович, – деликатно уточнил Шурик. – Папка исчезла, я пытался получить копию у Новикова, но он все отрицает. – Хочешь сказать, что они победили? Мы знаем имена… – Да, знаем, но это все, улик нет, понимаете? Это очень влиятельные люди, и у нас на них ничего нет. Простите, что с плохими новостями, но Макаров теперь со своей семьей, пускай и так… Афанасьев встал, медленно подошел к окну, безэмоционально смотря на курящих санитаров в форме. – Ты плохо его знаешь, – после минуты молчания, мотнул головой бывший подполковник. – Он жив, и теперь, когда у него отняли все, его ничего не остановит. Он станет монстром… Шурик не ответил. Он просто положил руку на плечо Романа – коротко, почти в знак уважения. – Отдыхайте, Роман Михайлович, мы зайдем к вам с Васей в выходные. Дверь закрылась. Афанасьев остался один. Он сел обратно на кровать, положил кожуру на стол, рядом с пакетом. В комнате снова стало тихо. Но не спокойно. Только тяжелее. Афанасьев облокотился о стену, в очередной раз пытаясь собрать цепь событий и анализировать, что он мог упустить в погоне за монстрами. – Роман Михайлович, – зашел Окунев, оценивая беспорядок. – Любопытно, решили освоить современное искусство? – Павел Степанович, прекратите разговаривать со мной как с пациентом, мы оба с вами знаем, что я здесь только потому, что полез не туда, куда нужно. – Вы здесь из-за нервного срыва, Роман Михайлович. Знаю, у вас были гости, думаю, Александр сообщил вам о том, что тело Макарова нашли, как вы восприняли эту новость? – Хватит меня лечить, я не псих! – разозлился он. – Макаров жив… – Отрицание – одна из стадий принятия. Мне очень жаль, я восхищался Макаровым, его упорством, умом, нестандартной картиной восприятия мира, это тяжелая утрата, погибла вся семья. За время расследования вы стали близки, можно сказать подружились, и сейчас вы, возможно, частично вините себя за то, что не смогли спасти. Но это не так. Вы не виноваты, не нужно искать причины, трагедии случаются, и, к сожалению, я слишком часто сталкиваюсь с этим, но такова жизнь. Нужно принимать ее такой, как есть. – Нет, доктор, я виню не себя, а вас. – Афанасьев поднял глаза, качая головой. – Макаров записал ваш последний разговор на диктофон, у меня нет этой записи, что, разумеется, вам известно, но вы знали, что они их не отпустят, и ничего не сделали. Макаров потерял не только дочь, но и жену, его больше ничего не держит… Вы сотворили монстра, у которого благодаря вам очень много денег и полностью развязаны руки. Когда придет время, он даст о себе знать. Список десяти, в котором одиннадцатым номером стоите вы, док. – Мне очень жаль, но я предупреждал. Это скользкий путь, на котором сложнее всего было сохранить рассудок и трезвый ум. Вы свернули на дорогу, которая завела вас в дебри собственного разума, откуда очень непросто найти выход. Нет испытания более бесчеловечного, чем, лишившись рассудка, день за днем, терять самого себя… Отдыхайте, Роман Михайлович, нам с вами предстоит длительное лечение. Конец |