Книга Тайный наблюдатель, страница 40 – Мария Скрипова

– Возвращаемся.

Девчата с Тимофеем смотрят на меня, стоит только из-за угла показаться. Ждут ответов. Жаль, у меня их нет.

– Это тот мальчишка с часами, о котором я говорил вчера, – вздыхаю. Из всех один Казанова понимает. – Вчера, перед походом, этот пацан заходил ко мне, сказал, что нам не нужно ехать в больницу. Представился Пашей Морозовым, и я решил, что это шутка. Не понимаю, что он здесь делает.

– Ребенок еще, мальчишка, – удивляется Ритка. – Думаете, он заодно с наблюдателем?

Сам бы хотел знать.

– Может, он в багажнике спрятался? – предполагает Марина. – Дети иногда так делают. Приключений захотел и вляпался из-за нас… Кажется, мальчик был напуган.

– С наблюдателем он или нет, одно могу сказать точно, этот пацан знает, где выход. С нами он не заходил. – Тим поднимает гитару, проводит по струнам. – Это моя. Она в машине осталась, под сигнализацией. Зачем ее сюда было приносить?

– Рюкзаки тоже были в машине под сигнализацией, – резонно парирует Киша. – Ребенок их бы не поднял. Да и зачем это десятилетке? Что, если наблюдатель не только наши вещи, но и балалайку эту притащил? Мы могли не заметить, а малыш просто поднял. Куда он убежал? Его найти нужно, он здесь совсем один!

– В том-то и дело, мы понятия не имеем, куда этот пацан делся! Ко всему прочему он Семена о больнице предупреждал, совпадением не может быть. Хватит мамочек включать, этот пацан здесь неспроста, – отвечает Богдан, пытаясь привести головоломку к единому знаменателю. – Трос не был прорванным, заводской брак, не повезло. Этот ублюдок оставил у каждого по одной или парочке важных вещей. У Лады пистолет, у Тимофея – снаряжение, у Маринки – лекарства. Если моя теория верна, у остальных тоже должно что-то быть. – Он открывает рюкзак, вываливая на пол содержимое. – У меня котелок, сублиматы, пара бутылок с водой.

– Одежда только, – пожимает плечиками Рыжик, разгребая несистематизированную сумку. – Еще фотоаппарат с объективом… Он не забрал фотооборудование!

Сам проверяю. Вещи, спальные мешки, как у остальных, на месте, но должно быть еще что-то действительно важное, то, что помогает выжить. Ни еды, ни лекарств, ни снаряжения, как и фотоаппарата с пистолетом, но их и не должно было быть. Нашел!

– Налобный фонарь, две штуки, Ритке запасной брал. И огниво, – усмехаюсь. Вот и пригодилась моя запасливость. На первый взгляд не самые значимые приспособления, но любой походник подтвердит, что свет и огонь – символы жизни. Этот псих с нами играет, но правила заведомо известны только ему. – Предложения?

– Поесть и отдохнуть, – пожимает плечами Богдан, за Маринку беспокоится, дыхание так и не восстановилось. Но желание общее высказал, с ног валимся. Разбираться сейчас с проблемой нет сил. – Нужно развести костер, используем стулья. Еду лучше экономить, одна порция на двоих. Курица карри с рисом, гречка с говядиной, суп харчо, суп с фрикадельками, овсянка с орехами и медом. Всего по две штуки и один пакет ягод.

– Овсянка, – поднимает руку Ритка.

– Мне тоже, – нехотя отзывается Лада. – Я вегетарианка.

Забавно за ними наблюдать, Рыжик мясо тоже не особо предпочитает, придется девчатам делиться.

– Мариш, курица или говядина? – Бодя поворачивается к бывшей, показывая два пакетика. Молчит, косясь то на меня, то на Тима. – Значит, говядина, ты же до сих пор гречку любишь?