Книга Убийство в час быка, страница 162 – Ирина Градова

Сидя в зале суда и глядя на клетку, где располагалась скамья подсудимых, Алла вспоминала последний допрос Маргариты Левкиной. Девица держалась с удивительным спокойствием, уверенная, что и на этот раз папаша воспользуется своими деньгами и связями и вытащит ее. Давая показания, она, не моргнув глазом, перекладывала вину на приятелей мужского пола, утверждая, что лишь являлась свидетельницей происходящего. Да, она не остановила их – а как она могла, слабая девушка?! В том, что касалось убийства Сайко, Левкина упрямо держалась линии, избранной ее адвокатом: то была досадная случайность, и жертва сама себя подожгла. Кроме того, умер Сайко не на месте преступления, а в больнице, и не от ожогов, а от дыхательной недостаточности, так как страдал туберкулезом.

Предъявление Левкиной улик, найденных на участке ее покойной родственницы, поколебало ее несокрушимую уверенность: Маргарита не ожидала, что урну обнаружат, и сразу поняла, кто ее «сдал». Она предусмотрительно уничтожила доказательства собственного участия в убийствах, оставив лишь записи со своими друзьями, которые доказывали, что Егор Треплев и Роман Леднев играли во всех эпизодах ключевые роли. Житков, Кузичев и Дживан Гургенян являлись обычными исполнителями, а Лиана Гургенян, как и утверждали они с адвокатом, только наблюдала. Алла рассчитывала, что Левкина в силу юного возраста «посыплется» и начнет давать правдивые показания, однако она ошиблась: девчонка оказалась крепким орешком! И все же недостаток опыта и способности просчитывать все на несколько ходов вперед сыграли свою роль: несмотря на всю свою стойкость и упорство, Левкина не предполагала, что, оказавшись в патовой ситуации с риском получить статус главных обвиняемых и, соответственно, более суровые приговоры, ее подельники начнут наперебой рассказывать следователям, как дела обстояли в реальности, и обвинять Левкину в том, что именно она придумывала все, что они затем вместе осуществляли.

Адвокат Маргариты почувствовал, что почву выбивают у него из-под ног, гораздо раньше своей подзащитной и попытался убедить ее признать вину, сославшись на психиатрический диагноз, на скорую руку состряпанный Левкиным-старшим. Пак это предвидел, поэтому затребовал психиатрическую экспертизу – и не просто «для галочки», какой она частенько оказывается, а весьма авторитетную: он подобрал такой состав членов врачебной комиссии, что против их имен не решился бы выступить ни один специалист! Маргариту единогласно признали вменяемой, однако специалисты выявили у нее признаки антисоциальной направленности, включая социопатию и полное отсутствие критической самооценки. Наличие диссоциального расстройства личности не признается смягчающим обстоятельством и почти не поддается лечению, а то, что возможно сделать, она вполне в состоянии получить и во время отбывания наказания.

Алла опасалась, что подобное заключение может повлиять на решение судьи и присяжных, однако после консультации со штатным психологом успокоилась. Он объяснил, что социопат – это человек, не считающий нужным соблюдать правила общества в случае, если это не отвечает его собственным интересам. При этом он способен понимать эти самые правила на интеллектуальном уровне, но осознанно отказывается им следовать. А значит, Маргарита Левкина прекрасно знала о противоправности и жестокости своих действий, но ей было наплевать, что ее понятие о «развлечениях» идет вразрез с общечеловеческими нормами морали. Те или иные признаки ДРЛ были выявлены и у некоторых других обвиняемых, а также врачи отметили их внушаемость, что доказывало: именно Левкина являлась инициатором преступлений, а подельники выполняли ее требования, причем некоторые – отнюдь не без удовольствия. Аллу удивляло, как эти молодые люди нашли друг друга – прямо клуб по интересам! Только вот «интересы» эти кажутся нормальным членам общества людоедскими.