Книга Убийство в час быка, страница 69 – Ирина Градова

– Э-э… ну, видите ли, Евгений Михайлович… Честно говоря, и у меня нет деталей, но я просто предположил…

– Семен Игнатьевич, вы же не первый день замужем, верно? В нашем деле предполагать не стоит, нужно проверять факты и на их основании делать выводы!

– Все так, но я решил, так сказать, предвосхитить… Евгений Михайлович, – постоянное повторение его имени-отчества уже стало выводить прокурора из себя, – вы же понимаете мой интерес к случившемуся?

– Несомненно.

– Если в свете происшедшего выяснится, что моя подзащитная и ее друзья невиновны…

– Вы серьезно? При наличии такого количества улик и свидетелей?

– Помилуйте, но улики-то косвенные! Кроме того, я слышал, что кое-что пропало еще на стадии следствия – видимо, по недосмотру и халатности, – а остальное легко оспорить в суде. Что же касается свидетелей, разве их не было всего двое, причем одна теперь отказывается от данных ранее показаний?

– Вам действительно многое известно, – усмехнулся Евгений. – Но не все.

– Вы же в курсе, что должны сообщать мне о новых уликах и свидетелях, буде такие появятся?

Старомодный оборот заставил прокурора едва заметно скривиться: Челищев обожал подобные штучки и частенько использовал их в зале суда, производя на присутствующих впечатление этакого интеллигента в седьмом колене. На самом же деле будущее светило юриспруденции приехал в Питер из поселка близ Хабаровска, где оба его родителя трудились на заводе железобетонных изделий, как и несколько поколений семейства Челищевых до того. Тем не менее следовало отдать мужику должное – он в прямом смысле создал себя сам: нахватался красивых слов, избавился от природного косноязычия и научился лихо использовать место, время и человеческие слабости, став одним из самых востребованных и высокооплачиваемых юристов Северной столицы!

– Всенепременно, – пользуясь его же фишкой, ответил на вопрос Евгений. – Как только появится, что вам сообщить… Хотя вы и без меня добываете нужные сведения!

– Евгений Михайлович, ну вот опять почему вы так уверены, что моя подзащитная и ее приятели виновны? Согласитесь, следствие проводилось спустя рукава, имели место серьезные нарушения, и то, что дело пасовали от одного следователя к другому, отнюдь не пошло ему на пользу!

– Вы не правы, Семен Игнатьевич, – возразил Евгений. – Если бы я был во всем уверен, то уже передал бы дело в суд, а я, как вы видите, еще в нем копаюсь.

– Это ведь не ваша работа! – развел руками адвокат. – Почему не вернете дело на доследование, если не считаете, что оно «прокатит» на процессе?

– Именно потому, что я хочу, чтобы дело «прокатило». У вас все?

– Пожалуй, да. Я лишь хотел убедиться, что вам известно то же, что и мне!

– Тогда не стану вас задерживать.

Когда Челищев покинул кабинет, в помещении сразу стало как-то просторнее и легче дышать: дорогой парфюм адвоката до сих пор щекотал ноздри прокурора, вызывая желание вымыть лицо. Что он и сделал перед тем, как уйти.

В машине Евгений откинулся на мягкую спинку сиденья и положил руку на живот: черт, опять гастрит разбушевался – пора завязывать с кофе! Да еще и адвокат этот… Если Мила узнает, житья ему не даст. Евгений открыл бардачок, достал оттуда пакетик «Фосфалюгеля» и выдавил его себе в рот, морщась от противного приторного вкуса. Через пять минут боль утихла, и он сорвался с места: до встречи с Медведь времени оставалось всего ничего, и, хотя период пробок позади, следовало поторопиться.