Книга Зеркало королевы Мирабель, страница 152 – Дарья Иорданская

— Сходится, — кивнул задумчиво Фламэ. — И с видением госпожи Элизы, и со словами Каллуны об инкубе. Но как это увязать со всем прочим? С этим витрумом, дрянью из пещеры, кинжалом?

— О, — довольно усмехнулся ГэльСиньяк и выдержал длинную, драматическуюпаузу. — Тут следует обратиться к пятой легенде Мартиннеса Ольхи: к абсурдному диалогу Красного Быка и Лазоревого Льва.

Смахнув книги поменьше, ГэльСиньяк указал на небольшую миниатюру, озаглавленную: «О том, как беседовали Лев и Бык о Драконе, Волке и Птице, а также о том, как жаба сумела стать голубем». Переписчик постарался особенно, и острые читегские буквы, украшенные побегами шиповника, ровно выстроились на линейках. Текст от этого понятнее не стал.

— Полная бессмыслица, — вздохнул Фламэ. — Весь диалог.

— Это оттого, что вы не алхимик, — тонко улыбнулся ГэльСиньяк. — Будь вы почтенным ученым мужем, мастер Фламиан, уже одно название многое бы вам сказало. Это не что иное, как описание алхимического процесса. Лев, бык и все прочее — жаргонные названия алхимических элементов. Сейчас появилась тенденция называть их все же аурумом, сульфуром или, скажем, гидрагирумом, и всем прочим. Само название рассказа: процесс создания так называемого Философского камня.

ГэльСиньяк скривился и процитировал:

— «Душа и дух пропитали тело, отец и сын — одно, смерть и тление не властны над ним». Бессмертие, безусловно, главная цель алхимиков, за которую в последние пятьдесят лет они регулярно восходят на костер. Однако, алхимия способна на многое. По крайней мере, делатели в это верят.

— Зачем нам Философский камень? — перебил Фламэ.

— Да дослушай же ты! — ГэльСиньяк выдернул из-под стопки книг увесистый том. — Фрида, почему мне достался в компаньоны такой торопыга?! Он меня не слушает! Взгляните, это расписанный по стадиям процесс изготовления камня.

Фламэ окинул страницу безразличным взглядом. На развороте была отменного качества литография — их стали вставлять в книги вместо привычных миниатюр примерно лет сто назад. На страницах изображались четыре стилизованных пробирки, содержащие странные, загадочные символы. Под каждой из «колб» шла подпись мелким, игривым почерком: «Льва должно дважды подвергнуть нападению волка».

— Начало процесса. Очищение аурума, проще говоря — золота, — пояснил имперец. — Всего на гравюрах приводится семьдесят семь стадий. В рассказе Ольхи можно выделить всего восемнадцать. И название элементов…. Если удастся понять, что такое «Красный Бык» и «Лазоревый лев», мы восстановим процесс.

Фламэ отошел к полкам и провел пальцами по корешкам. Где-то здесь стоял составленный его прапрадедом алхимический словарь.Старый лорд Адмар, отказавшись от владений в пользу старшего сына, занялся поисками пресловутого Философского камня, однако до бессмертия так и не дожил. Отыскав среди прадедовых книг его записи, Фламэ вернулся к столу, подбирая на ходу разлетающиеся листки.

— Алхимия — неподходящий интерес для церковного служителя, — заметил он мимоходом. — Любопытно было, удастся ли на этот раз разозлить невозмутимого имперца.

Тот только усмехнулся.

— Я гностик, мастер Фламиан. И последовательный упрямец. Слышали когда-нибудь о генерале Паоле Марре?

— Любимец короля Хендриха? — Фламэ вскинул бровь.