Книга Свет в тумане, страница 74 – Дарья Иорданская

40.

Сперва сгустился воздух, став едва пригодным для дыхания. А затем Реджинальда накрыло мощнейшей волной ужаса, силой такой жестокой, что ничто не могло с нею справиться. Бли побледнел, выцвел, сравнялся цветом с собственной рубашкой, а потом начал вдруг заваливаться на бок, издавая страшные хрипы.

- Бли! Что с вами?!

Инспектор бросился вперед, и Реджинальд едва успел остановить его.

- Погодите. Есть у вас перчатки?

Инспектор глянул недоверчиво, но пару белых нитяных перчаток все же достал и протянул Реджинальду. Надев их, Реджинальд склонился над скорчившимся вандомэсцем. Такой скорой эффект — и такой страшный — дает что-то, имеющее прямой контакт с кожей; как правило украшение вроде кольца или медальона. Колец на пальцах художника не было, и тогда Реджинальд распахнул на Бли рубашку, мало заботясь о пуговицах или сохранности ткани. Пахнуло на мгновение паленым. Ойкнула Мэб.

- Что это? - напряженным тоном спросил инспектор. - Он мертв?

- Практически.

Амулет жег даже сквозь ткань перчатки, вызывая нервную дрожь и приливы паники. Не часто доводилось работать с такими враждебными и опасными артефактами,и тому можно было только порадоваться. С этой злой силой нелегко было совладать.

Мэб без лишних просьб поставила экран, и сразу же стало легче дышать. Реджинальд сорвал медальон с шеи вандомэсца, но тому уже мало чем можно было помочь. Сжавшись в комок, Бли бормотал что-то неразборчивое, то и дело издавая сиплые вскрики: «Флоранс! Это Флоранс!». Точно испорченная пластинка.

- Знаете, что это? - мрачно спросил инспектор, не спеша забирать медальон.

- Могу предположить. Контролирующий артефакт.

- Но… это же запрещено! - ахнула Мэб.

Взгляд инспектора был полон иронии.

- В Роанате, моя дорогая, - кивнул Реджинальд. - Но не в колониях. Там эту дрянь можно купить, и даже не слишком дорого. А в Вандомэ — откуда наш бедный друг родом — эти артефакты в ходу у полиции и суда.

- Все у них не как у людей, - проворчал инспектор. - Дайте сюда, Эншо.

Реджинальд с радостью избавился от артефакта; завернул его в бумагу и отдал инспектору. Осталось еще ощущение, что медальон жжет ему руки. Мэб опустила экран, отряхнула руки, рассыпая искры и, подойдя, лбом ткнулась Реджинальду в плечо. Выдохнула устало.

- Что теперь?

Реджинальд покосился на инспектора. Тот действовал четко, уверенно, не производя никаких лишних движений или ненужного шума. Арестовал и передал подчиненным Бли — тому, впрочем, самое место теперь было в лечебнице, и увезла его медицинская карета; осмотрел комнату, изучил картину над камином. Реджинальд сомневался, что последнее принесет пользу. Бли выглядел как человек, толком не знающий, что искать.

- Мне страшно, - неохотно призналась Мэб, сжимая локоть Реджинальда. - Сначала «пьютские ножи», потом буря, а теперь — это.

Реджинальд нахмурился и неохотно сказал:

- Лучше всего тебе поехать домой, в имение. Там ты будешь под защитой родовой магии.

- Не уверена, - качнула головой Мэб. - Уберегла родовая магия Хапли?

Реджинальд испытал немного стыдное облегчение от того, что не придется с Мэб расставаться. Ему бы стоило думать о ее безопасности, а не о собственном удовольствии, да выходило это скверно.

- В таком случае, вернемся в Абартон. Там ты точно будешь под защитой, об этом я позабочусь. Но для начала попробуем получить с леди Ифигении архив покойного барона.