Книга Горячая попаданка для хозяина ледяных пустошей, страница 48 – Полина Миронова

Голова кружилась, меня тошнило. Ветер хлестал в лицо, выбивая слезы. Ну же, ну же! Дракон, или кто ты там, который прячется в моем теле, появись! Я махала руками, пытаясь вызвать хоть какие-то рефлексы, чтобы выскочили эти дурацкие крылья. Появитесь, пожалуйста! Вы мне так нужны! Ну, пожалуйста! Но руки в крылья не превращались, а земля вдруг начала стремительно приближаться.

В голову пришла странная сумасшедшая идея: я расстегну пару пуговиц шубы и спланирую вниз, как белка-летяга. Но едва я с трудом вытолкнула пуговицы из петелек, как сраную шубу содрало с меня, и она исчезла где-то за спиной.

Все. Я умру. Эта мысль ударила, как молотком по голове. Я сжалась в полете, стараясь стать меньше. Смирилась. Сделать все равно ничего не успею.

Но внезапно меня сжали огромные когти. Рывок. Я плавно опускаюсь вниз. Когти Дамиана разжались метрах в двух-трех от земли, и я кубарем скатилась в сугроб.

Облегчение накатило как цунами. Сердце колотилось как шальное, адреналин и эндорфины зашкаливали. Это было круче оргазма. Намного круче. Я засмеялась, ощущая как сердце бьется в груди, и лицо обдувает слабый ласкающий ветер. Я жива! Я все еще есть!

Услышала раздраженное над ухом:

— Какого хрена ты не превратилась?

Я подняла голову и увидела обеспокоенное и весьма злое лицо Бастиана Анкердорма.

— Я тебя ненавижу. Никогда не выйду за тебя замуж, — сказала ему безапелляционно.

Он хмыкнул и присел рядом со мной в снег.

— А тебя никто спрашивать и не будет, — он взял мою руку и сжал пальцы на запястье. Проверяет сердцебиение что ли?

По руке побежали странные мурашки, достигли сердца и разлились приятным теплом. Похоже, меня сейчас или лечили, или диагностировали.

— Не боишься, что я тебя отравлю или чего похуже сделаю. Знаешь, женщина вполне может испортить жизнь мужчине, если очень захочет.

Бастиан опустил мою руку, поднял глаза к небу и ухмыльнулся:

— Знаю. У меняесть целый гарем. Вот где сидят барышни, которые знают толк в этом деле. Пошли, — весело проговорил он, поднялся и дернул меня вверх, — отведу тебя к ним. Пусть дадут еще пару уроков ненависти. К свадьбе ты должна быть во всеоружии.

Я вздохнула и стряхнула подтаявший снег с бедра. Холодно не было. Опять двадцать пять! Снова я в этих пустошах, и снова в купальнике. Пришла пора радоваться, что его с меня так просто не снять. А то щеголяла бы сейчас голым задом среди сугробов. Вот было бы смешно.

Едва я открыла рот, чтобы выдать Бастиану очередную остроту, как резкий порыв ветра принес едва слышное:

— Элеонора, помоги.

Голос был мужским и смутно знакомым. Я оглянулась. Не знаю, кого я там планировала увидеть, но ожидаемо, кроме Бастиана никого поблизости не было. Почему-то я чувствовала, что этот мужчина, которому требовалась помощь, где-то очень далеко.

Вдруг мне стало холодно. Еще один порыв ледяного ветра заставил меня сжаться и обнять себя за плечи.

— Слышал? — неуверенно проговорила я, вглядываясь в лицо Бастиана, и уже понимая, что не слышал.

— Что? — спросил он, хмурясь. — Тебе стало холодно?

Я смогла только кивнуть. Меня просто колотило, зубы отбивали чечетку, а ноги сводило судорогами от холода. Я растирала плечи, тщетно пытаясь согреться. Бастиан снял свою куртку, укутал меня и поднял на руки.

Он щелкнул пальцами, и как по команде дунул новый порыв ветра. Он принес с собой снежную круговерть, которая закрутилась вокруг нас так плотно, что все вокруг исчезло. Когда снег исчез, оказалось, что мы уже в замке.